Мне не хотелось больше ни во что втягивать Данику, дальнейшую войну с королем я намеревался вести сам.
Переступив порог купальни, выкрутил вентиль на полную, пуская в купель струю теплой воды и обернулся к зеркалу, осматривая нанесенный ущерб. Все было не так плохо. Я справлялся и с большим. Хотя путь домой в таком состоянии мог оказаться действительно не самым простым.
И все же не было у меня глупой привычки жалеть себя и сейчас заниматься этим точно не собирался.
Схватив с полки полотенце, окунул его в теплую воду и вновь повернулся к зеркалу, пытаясь смыть кровоподтеки.
Бордовые дорожки подсохли на солнце, прилипая к коже струпьями и неприятно раздражая ее.
Скрипнув зубами, повернулся вновь."
"Во мне было достаточно силы и ловкости, но вот гибкостью я явно не отличался. Доставать до ран оказалось довольно проблематично. Если на пояснице я еще смог стереть следы наказания, то выше дотянуться не получалось. И в момент, когда я уже собирался плюнуть на все, дверь в купальню без стука открылась, являя мне Данику.
Прикрыв глаза одной ладошкой, другой она прижимала к груди несколько склянок и чистую ткань.
– Я не смотрю! – тут же произнесла она, шагая на удачу. – Но ты так просто от меня не отделаешься! Прикрывайся, спину нужно обработать.
Мне потребовалось пару мгновений, чтобы осознать происходящее.
Смотрел на рыжеволосую девчонку, макушкой едва достигающую до моего подбородка, и не мог сдержать улыбку.
И как у нее получалось быть одновременно такой требовательной и такой милой? – Кассиан, ну не молчи! Я ничего не вижу! – буркнула она, все так же не смея убрать руку от глаз.
– Одеваешься?
– Ты ворвалась в купальню к голому мужчине… На что же надеялась? – не удержался я, неспешно направляясь к Данике так, чтобы она слышала звук моих шагов.
– Что ты перестанешь упрямиться словно глупый мальчишка и позволишь мне помочь тебе с ранами! – надула она губы, становясь еще очаровательнее. – Все-таки это моя вина…
– Разве я такое говорил? – приблизившись к ней, подхватил прядь рыжих волос, пропуская их сквозь пальцы и замечая, как взволнованно дрогнуло девичье горло.
– Я и сама знаю. Не обо всем нужно говорить! Ты заступился за меня и принял наказание…
Обойдя вокруг обеспокоенной жены, даже не замечающей, какие эмоции она во мне вызывает, оказался у нее за спиной.
– Я сделал то, что считал нужным, – произнес ей на ухо, наблюдая, как по бархатной коже побежали мурашки.
– Вот и я хочу сделать то, что считаю нужным.
