За стакан я ухватилась в первую очередь: пить хотелось больше, чем есть. Напиток по вкусу напоминал безалкогольное мохито, но в отличие от мохито, пробуждал просто зверский аппетит! Или это изголодавшееся тело Мартеллы возвращалось к жизни и требовало частых и обильных трапез?
С аппетитом умяв лепешку с сыром, половинку птичьей тушки и пару моченых ягод, я осоловела.
- Не спать, Мартель! - заметил мое состояние генерал. - Что ж ты слабенький-то такой?
- Я крепкий! Просто устал… - прикрыв ладошкой широкий зевок, возразила я.
- А как мы до Ашмарканта добираться будем?
- По воздуху, разумеется. Или ты полагаешь, что я, боевой генерал, стану передвигаться в тех тряских колымагах, в которых путешествуют делесы? - высокомерно приподнял одну бровь его превосходительство.
- Позвольте напомнить, экти Ардашир. Я - не боевой генерал, и даже не истинный. Вряд ли Тель сумеет поднять меня в воздух. К тому же, за вами он даже без груза не угонится.
- Ты слишком много болтаешь. Поел? Марш собираться!
- А печенье? - я была сыта, но воспротивилась исключительно из вредности.
И вообще! Как наказывать - так его превосходительство тут как тут. А как вознаградить - так сразу забывчивым прикидывается!
- Ты нарочно? - зарычал истинный. - Я же вижу, что в тебя больше ни крошки не влезет!
- У меня карманы есть! В них - влезет. - Я похлопала себя по бокам, показывая, где у меня находятся эти самые карманы.
Ардашир встал, не дожевав последнее крылышко второй птичьей тушки. Взял меня за воротник, поставил перед поваром.
- Выдай этому… птенцу все печенье, какое есть в доме!
- Но ваше превосходительство! - запротестовал повар."
"- Ты тоже мне возражать будешь?! - взвился истинный. - Что, лысый хвост, происходит? Вы тут совсем распустились в отсутствие хозяев?
- Простите, ваше превосходительство… Сей миг исполню! Просто бобов астрагала больше не осталось. Новые только через пару недель поспеют.
- Значит, обойдетесь пока без лакомства. Не заслужили!
Генерал хрипло выдохнул. Плюнул в печь-тандыр, где виднелись сложенные шалашиком лучины.
Лучины вспыхнули, будто их облили бензином и поднесли огонь.
- Ого! - не сдержалась я.
- Ага! - Остывая, передразнил меня Ардашир. - Радуйся, что улетаем. Мой повар тебе не простит, что остается на полмесяца без любимого лакомства!
- Вот так всегда! Отобрать у него все печенье решили вы, а виновен - я. У сильного всегда бессильный виноват! - Мне только и оставалось, что надуться.
Ардашир снова запыхтел.
