Через какое-то время Эд словно приходит в себя, выпрямляется, тянется за шампунем, замечает меня. Приоткрывает душевую, слегка улыбается, лишь уголками губ с прежней усталостью в глазах.
— Почему не спишь? Рано еще, — спрашивает он, начиная мыться.
— Что случилось? — задаю вопрос, который не дает мне покоя.
— Ничего. Все хорошо, — буднично отвечает он.
— Ничего? Почему ты не ночевал дома? Ты обещал все объяснить! — требую от него ответа.
— Вик, у меня выдалась трудная, бессонная ночь. Я устал и вымотался.
Приготовь мне завтрак. Я объясню все тебе за столом, — спокойно отвечает он. — Не превращайся в сварливую жену со сковородкой в руках, — усмехается он. я не знаю, что ему сказать. Мне на самом деле хочется закатить скандал. Я тоже не спала этой ночью, устала от собственных мыслей и переживаний. Я дико за него волновалось! Все это мне хочется крикнуть ему в лицо. Но я не смею, поднимаюсь с бортика ванны. И, громко хлопнув дверью, иду на кухню.
Готовя завтрак, я немного успокаиваюсь.
Эд прав, я не хочу быть сварливой женой, я должна дать ему немного отдохнуть после трудной ночи. Он спустится и все мне объяснит. Все хорошо, я зря завожусь. Мне просто нужно спокойно его выслушать. Эдуард спускается ровно тогда, когда я ставлю на стол завтрак для него, и черный свежий кофе для себя. Я не ем по утрам. Только кофе. Мой завтрак начинается после одиннадцати, до этого времени мой организм просто не принимает пищу. Папа всегда ругал меня за это, говоря, что я испорчу себе желудок.
Но я так и не смогла избавиться от этой вредной привычки.
Сажусь напротив мужа, отпиваю горячий кофе, смотря на Эдуарда в упор, в ожидании его объяснений. Эд молчит. Медленно и аккуратно ест свой чертов завтрак, не обращая внимания на мой обеспокоенный вид. Так проходит минута, две, пять, десять. Не выдерживаю, резко поднимаюсь со стула, подхожу к окну, облокачиваюсь на подоконник. Смотрю нa улицу, изучая погоду за окном. Молчу, сжимая губы. А на самом деле, внутренне я задаю ему вопросы.
Но не произношу их, давая Эдуарду почувствовать мое негодование."
"Это заложено во мне с детства. Когда я обижена, рассержена или расстроена, я замолкаю. Не разговариваю ни с кем, не произношу ни слова. Я кричу внутри. ромко безмолвно кричу, и Эд это знает. Через пару минут моего внутреннего диалога и немых вопросов, Эдуард встает, подходит ко мне, обнимает за талию. Притягивает меня к себе, преодолевая сопротивление. Он знает все мои слабые места.
