— Если вопросов по разводу больше нeт, тогда встретимся в суде.
— У меня есть вопрос! — ледяным тоном заявляет Эдуард. — Гдe моя дочь? Виктория, куда ты ее спрятала? Ты не имеешь права скрывать от меня мою дочь. Я хочу ее видеть, — и тут вся моя мнимая уверенность в себе испаряется. Эдуард знает, на что надавить. Я теряюсь, не зная, что ему ответить. Но за меня отвечает мой адвокат.
— Ваша дочь находится на отдыхе вместе со своей няней. Мы считаем, что ребенок не должен участвовать в распрях родителей, и для его психики будет лучше находиться вдалеке от всего процесса.
— Если Виктория Станиславовна и дальше будет скрывать ребенка от моего клиента, мы обратимся в органы опеки и с исковым заявлением в суд о порядке общeния с ребенком.
— Мы вас услышали, — так спокойно заявляет мой адвокат, поднимается с места, показывая тем самым, что наша встреча закончена. На ватных ногах поднимаюсь со стула, желая побыстрее от сюда убраться. Мне вновь страшно. Страшно, что Эдуард найдет Милу.
Мне наплевать на все суды, я не хочу отдавать ему дочь. А судя по тому, как поменялся тон Эдуарда, наша дочь, — главный его козырь. И он не успокоится, пока ее не найдет. Сглатываю, выхожу вслед за адвокатом в коридор. Воздуха катастрофически не хватает, в голове крутится только одна мысль, что мы зря все это затеяли. Моя дочь мне дороже всего этого, и я не хочу ее лишиться.
— Успокойтесь, Виктория. Все будет хорошо. Верьте мне, — обращается ко мне Павел Евгеньевич.
— Я не хочу, чтобы мой муж встречался с дочерью, он заберет ее у меня.
— Он и не будет с ней встречаться до суда, все это блеф для того, чтобы Вас запугать, — мне так хочется верить в слова этого человека. А еще больше мне хочется немедленно увидеться с Милой, прижать ее к себе и убедится, что с ней все в порядке. Киваю уверенному в себе мужчине, прощаюсь с ним, намереваясь уехать домой. Быстро иду к выходу, находясь в своих мыслях, стараясь отгородиться от идущих за мной охранников.
Навстречу мне идет секретарша, которая несет кофе в один из кабинетов. Не понимаю, как это происходит, но когда я равняюсь с девушкой, поднос с чашками летит на пол, забрызгивая меня горячим, обжигающим напитком. Девушка теряется, бросается извиняться, что-то быстро тараторит."
"— Ничего страшного, просто скажите мне, где здесь туалет, — девушка в тысячный раз извинятся, указывая мне дорогу.
