Перехватил меня, собой прикрыл и на пол повалил. Спас от взбесившейся лошади, которая явно меня невзлюбила.
Что за жизнь такая?
Все женщины Дикого меня убить мечтают. То Настя, то кобыла эта.
– Идиотка, блядь, – рявкает, обхватывая мой подбородок. – Когда я говорю завалить – ты нахуй звук скручиваешь.
– Камиль, мне больно.
– С проломленным черепом больнее. Решила, сука, возле лошади отношения выяснить. Наоралась?
– Я невиновата, что вокруг тебя все такие на голову отбитые.
Дикий рывком поднимается.
В конюшне уже другие мужчины есть. Успокаивают лошадь, загоняя обратно в стойло. Закрывают.
– Тише, ласточка, – Камиль похлопывает её по шее. – Порядок. Не буйствуй.
Нормально так. Он свою лошадь утешает, а на меня кричит только! Вот пусть она дальше с ним и разбирается.
Я поднимаюсь, желая скорее убраться подальше. Не хочу тут больше находиться. Уж лучше в своей коморке.
– Кто отпускал? – Камиль перехватывает меня. – Ты шуруешь туда, куда я разрешаю.
– Мне плохо, – стону жалобно.
– Я стукнулась, когда падала.
– Ты, блядь, стукнулась давно уже. Сказал же – нельзя орать. Животные резко реагируют на любые громкие звуки. А ты решила истерику закатить.
– Это нервный срыв называется. Ты когда кого-то похищаешь – будь готов к этому.
– Всё. Заебала.
По взгляду вижу – довела. Опять. И сейчас меня не кобыла, а её хозяин размажет. Поэтому я действую по старому плану, на опережение.
– Ой. Голова кружится.
Сама подаюсь вперёд к Дикому. Хватаюсь за его предплечья и глаза закатываю.
Надеюсь, реакция у него хорошая.
Я даже осесть не успеваю, как мужчина уже подхватывает меня. Прижимает к себе.
Мне чудится, что бережно и мягко. На руках держит, пока я притворяюсь без сознания.
«Вот так и продолжай» – ёрничает внутренний голос. «Глаза закрыты и молчи, к чертям собачьим! Может так выживем».
Я следую совету. Всю дорогу до дома делаю вид, что так и не пришла в себя. Улыбку пытаюсь скрыть.
Приятно же. Что Камиль не спихнул никому из своей охраны, которая рядом семенит.
Ну и пусть, что всю дорогу материт меня. Это мелочи.
Жизнь прекрасна. Копытом не прибило. На ручках поносили. Ещё и снова на мягкую кровать Дикого попала.
Вот такие радости теперь у меня.
Я резко начинаю захлёбываться. Ледяная вода стекает по лицу, заставляя резко подскочить.
– Что ты…
– Очнулась, – флегматично отзывается мужчина. – Док, можешь проверять её.
– Можно было нашатырным… Да, конечно.
Я недовольно смотрю на Дикого.
