Мужчина сидит на стуле, уставив его спинкой ко мне. Упирается предплечьем, кисти спокойно свисают.
Почти улыбается, если оскал можно счесть за улыбку.
Вот это напускное безразличие пугает сильнее, чем года Камиль кричал и матерился.
– Я ни в чём не виновата, – начинаю оправдываться, подтягивая к себе колени.
– Ты, блядь, не можешь нормально два дня провести? Ты перепутала, малая. Твои выебоны с Буйным работали. Со мной – шелковой будешь. Если сама не умеешь, то научу.
– Ты бы лучше свою Настю учил! – срываюсь, зло рассматривая мужчину.
– Её шелковой чего не сделал, а?
– Ты тон прикрути.
– А ты со своей невестой разберись. Она угрожала меня покалечить. Отравить. Или вообще под твоих людей подложить! Это разве твой приказ был?
Камиль ведёт челюстью. После – сжимает. Рябь идёт по его лицу, выдавая недовольство.
Воздух потрескивает от напряжения.
– С Настей я отдельно разберусь.
Обещает хрипло, и мне немного лучше. Не зря страдала. Так-то, Настюха!
Пиздюлей выгребешь, а я сейчас быстренько оклемаюсь.
Я окончательно убеждаюсь в своих догадках. Настя тут нихрена не решает. И её финт сыграет против неё самой.
– И с тобой тоже, – вздрагиваю от угрозы. – Ты выхватишь не меньше. За то, что тут устроила.
– Я жить хочу, между против.
– Еда была нормальная, – повторяет с нажимом. – Никто бы тебя не стал травить. Без моей отмашки.
– Ну, тогда шеф-повара поменяй. Потому что та слизь, что мне приносили – этим даже собакам не дашь.
– А ты, как выебистая сука, решила крутить носом? Не получится.
– Знаешь…
Ох.
Я случайно перевожу взгляд на тумбу. Не могу больше смотреть в глаза Дикому, меня дрожью пронзает сразу.
А после и ругаться не хочется.
Еда! Нормальная еда, лучше той, которую мне охранник приносил прошлым вечером.
Стейк с овощами.
Я слюной захлебнусь в любую секунду.
Не думаю и не жду разрешения. Тянусь за тарелкой, устраивая на коленях. С энтузиазмом начинаю разрезать сочное мясо.
Первый кусочек – взрыв рецепторов. Невероятно вкусно. Быстро ем, словно сейчас кто-то отберёт.
– Это ведь ты принёс? – уточняю вдруг с набитым ртом.
– Я на официанта смахиваю? – замираю, даже жевать перестаю. Отравлено? – Жуй давай. Нормальная хавка. Никто не стал бы рисковать.
– Ладно. Спасибо. Боже, какой это кайф. Ммм.
Я не могу остановиться. Желудок быстро наполняется, тянет. Но голод сильнее. Ем через силу, не зная, когда мне снова перепадёт такое счастье.
Это лучший стейк в моей жизни, правда!
Не то, чтобы я их много пробовала. Но прям невероятно.
