Пуля вражеского снайпера пробила его горячее честное сердце."
"Историю о встрече с Бабой Ягой в дебрях смоленских лесов и о своем чудесном исцелении он так и не успел никому рассказать. Да и зачем? Нужно сражаться с фашистами – не до сказок было. А дочек своих маленьких: Тосеньку и Любушку он так никогда и не увидел.
А великая ведьма уснула мертвецким сном, укрытая волшебным саваном. Ничто не потревожило ее последующие сорок пять лет…
Глава 25. Страна мертвых
В сентябре 1989 года она вновь открыла глаза…
В этот раз ведьма не пыталась ощупывать себя – лежала неподвижно и только две слезы скатились по молодому лицу.
Вновь превратившись в красотку, Баба Яга тяжело вздохнула.
– За что? – сквозь зубы промолвила она. – За что мне это истязание…
Колдунья сбросила с себя пыльный саван и с трудом выползла из гроба.
Заросший бурьяном и какими-то противными кустами дворик встретил проснувшуюся хозяйку промозглым дождиком. Кругом царили тлен и запустение.
Ведьма принюхивалась к осенней опрелости и морщилась.
Она стояла долго, и отросшие за сорок пять лет спутанные космы намокли и отяжелели. Но вот Яга как будто бы очнулась от невеселых раздумий и, выставив лодочкой розовые ладошки под струящиеся ручейки с крыши избушки, умылась, скривив рот, а после даже попила небесной водички.
– Чую, десять веков миновало с рождения моего несчастного, – закашлялась Баба Яга.
Громко поклацала новенькими зубами и теперь придирчиво осмотрела свою запущенную усадьбу.
Побелевшие черепа ветхозаветных жертв по-прежнему защищали ровным мнимым кругом древнюю обитель великой ведьмы.
Нанизанные на заточенные колья тына человеческие головы витязей и разбойников, красавиц и даже детей смотрели смертной чернотой пустых глазниц в разные стороны.
– Ну, здравствуй, Преславушка. Здравствуй, миленькая моя.
Яга подошла к самому первому столбу из лиственницы погладила его окаменевшие бока.
Когда-то давным-давно волосы невесты Преславы красиво колыхались на ветру, да поистрепались за бесконечные годины.
Ведьма обхватила скорбный тын и зарыдала. Нет ей прощенья за казнь этой ни в чем неповинной девушки.
И вдруг она отпрянула от столба.
– Спасу, – вырвалось из горла Яги. – Вытащу!
Она заметалась в поисках длинной палки или дрына.
– Нашла!
Ведьма отломила от уснувших кустиков крепкий прутик и, подбежав босоногая к тыну, попробовала спихнуть череп веткой. Куда там! Ветвь гнулась и, конечно же, не смогла сдвинуть ни на дюйм бывшую голову Преславы.
