Сначала он был истерично возбужден, размахивал руками и хохотал, рассказывал, как он «раз — и с копыт, а оно…», потом его начало трясти, да и меня заодно, а после уже ему пришлось принять какого-то мерзкого рома из судовых запасов, чтобы более или менее вернуться в чувство. Вроде бы помогло.
Кто-то, кажется Дима, даже предложил отойти от дебаркадера и встать на якорь, но Паша с Витьком сразу запротестовали: какие-то там сложности возникали с этим простым вроде бы, на наш дилетантский взгляд, маневром. Ну да, сорокаметровая «Мариетта» все же не яхта, меж двух пирсов на тросах не растянешь, как мы тогда «Проныру» в Пуэрто-Банусе.
Пришлось нести службу, со страхом поглядывая на берег. И не зря, похоже: мы все же нашумели, и к дебаркадеру начали стягиваться мертвецы, собрав к утру за все так же поперек стоящим «фордом» немалую толпу. Несколько из них прошли на причал и топтались у самого борта «Мариетты», не в силах все же на него забраться.
Этих я и отстрелял с крыла ходового мостика из тихо пукающего «хеклера» по окончании «собачьей вахты», свалив их друг на друга как кегли, после чего наконец «Мариетта» отдала швартовы и начала медленно разворачиваться.
Гулко забухал дизель внутри металлического чрева судна, на поручни мостика пошла небольшая вибрация, откуда-то потянуло дизельным выхлопом, но двинулись наконец.
— Ну с Богом, — сказал я сам себе, глянув через окно на сосредоточенного Пашу, стоящего у штурвала. — Теперь бы шлюз пройти — и все в порядке, уже не пропадем. Товар — дело десятое, зато сами точно будем целы.
Разворот занял несколько минут, наверное, — настолько он был неспешным, а затем судно, поднимая винтом небольшой, вспухающий пузырями бурун за кормой, медленно двинулось по каналу между низкими, заросшими ярко-зеленой травой берегами.
— Кстати, склад видишь? — спросил меня Паша, когда я зашел в рубку и встал рядом.
— Вот этот, с причалом? — уточнил я, показав на действительно большой белый складской ангар у самой воды, с персональной погрузочной пристанью.
— Этот самый, — кивнул он. — Это сплошь консервы, мясные всякие, сгущенка и все такое. Большой фирме принадлежит, которая всякие консервы делает. Сюда со всей Фрисландии баржами везли, а здесь уже грузили на экспорт, например.
— Ты это зачем мне сказал? — немного возмутился я. — Чтобы я теперь от жадности извелся?
— А чего, хочешь встать здесь? — вроде бы удивился он.
Озадачил. Еда в консервных банках — по нынешним временам товар хоть куда, где угодно продашь.
