— Нашел все-таки, — мелодичный голос, лишенный каких-либо эмоций, проходится по моим натянутым нервам наждачной бумагой, сдирая последние остатки самообладания.
— Нашел, — подтверждаю очевидный факт.
— Зачем? — все тот же голос продолжает добивать.
Нежно и ласково. Как она умеет.
— Ты не сделала аборт. Зачем наврала?
Может, не надо было с этого. Но у нас никогда не было с ней легко. У нас много чего не было. Чему придется учиться. Если Еленка захочет.
Черноволосая девушка обеспокоенно нас изучает и что-то спрашивает у Лены.
Причем во фразе присутствует слово ""policia""(полиция). Которое я способен понять, даже не зная языка.
Лена отвечает по-испански. Из ответа улавливаю лишь, что испанку зовут Лючиа и, видимо, полицию вызывать не надо.
Разговор между девушками продолжается еще несколько минут. В результате Лючиа уезжает. А я и Еленка остаемся вдвоем на улице. У нее в руках пакеты, которые достали из машины.
Забираю:
— Давай помогу.
Девушка не сводит с меня внимательного взгляда, а я, соприкоснувшись с ее пальцами, теряю контроль.
В одной руке держу пакеты, а второй осторожно притягиваю ее к себе. Для нее это неожиданно. Может, поэтому не вырывается. Обнимать беременную — это что-то мне до сих пор неизвестное. Я боюсь причинить вред. И между нашими телами оказывается ее живот. Достаточно плотный. Который меня пинает. Или толкает. Не поймешь, что это — то ли крохотный кулачок. То ли маленькая пятка.
И меня накрывает такой шквал эмоций. Основное, что чувствую — это какой-то нереальный восторг.
— Толкается?!
Еленка чуть отстраняется.
— Ты ее придавил.
Её? Она знает пол? Дочка… Пытаюсь разобраться в себе.
— У нас дочь будет?
Лена закусывает нижнюю губу.
— Нам надо поговорить.
Она отпирает дверь и заходит к себе домой. Я захожу следом.
— Куда пакеты отнести?
Обычный вопрос.
— На кухню, — ответ тоже обычный.
Прохожу в светлую кухню. Оставляю пакеты на столешнице. Кухня и гостевая зона объединены. Еленка опускается в кресло молочного цвета, мне кивает на такого же цвета диван напротив.
— Зачем ты приехал, Платон? — все тот же вопрос и все тот же внимательный взгляд.
Она не скатывается в истерику. Не бросает мне в лицо, что я — сволочь и идиот. С чем я в принципе согласен. Не кричит, чтобы я убирался и что больше не пустит меня на порог. Но этого всего и не надо, потому что ее вопрос звучит так, как будто она уже добавила — "" когда ты мне не нужен"".
Но так наша история не закончится. Я не позволю.
