Я просто хочу что-то почувствовать. Я потеряла человека в маске, Дэвида, а теперь еще и Сина в качестве друга. Я совсем одна."
"— Ты здесь с кем-нибудь? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам.
— Нет.
Как только это слово слетает с моих губ, мне на плечи опускается рука.
— Вот ты где, малышка, — притягивает меня к себе Син.
От слова «малышка» я вздрагиваю. Он никогда не называл меня так, и я знаю, что это из-за Мака.
— Кто твой друг? — продолжает Син, и я вырываюсь из его объятий и отталкиваю его, но он, конечно, не двигается с места.
Я должна была догадаться, что он появится. Это место сегодня кишит Лордами.
— Мак, — робко отвечает он, протягивая правую руку. Син не двигается, чтобы пожать ее.
Я закатываю глаза, отпивая водку. Я видела, как он схватил девушку у себя в комнате. Как она смотрела на него, словно была готова на все, чтобы доставить ему удовольствие. Я знаю этот взгляд, потому что я тоже так смотрю.
Я не та девушка, в которую влюбляются парни. Я — девушка, которую они трахают, пока она не придет в себя.
Мак неловко оглядывается по сторонам, а затем поворачивается к нам спиной и растворяется в толпе.
— Уходи, Син, — говорю я ему. — Я здесь не с тобой.
Он делает шаг ко мне, толкнув меня своей твердой грудью, и я нервно сглатываю от пронзительного взгляда его глаз.
— Мне нужно выбить из тебя это отношение, маленький демон?
Я не отвечаю.
На этот раз он поднимает руку, чтобы провести по моей щеке.
— Встань на колени и открой рот.
Я фыркаю.
Да, точно. И что, все здесь могут это заснять? Ты ни черта не можешь сделать без того, чтобы все вокруг не вытащили свои мобильники и не выложили это в Интернет.
— Этого не будет, — я отворачиваюсь.
Он хватает меня за волосы и притягивает спиной к его груди. Свободной рукой Син обхватывает мое горло, удерживая меня на месте, и шепчет мне на ухо:
— Или ты опускаешься на колени и открываешь рот, или я наклоняю тебя и трахаю в задницу.
Я хнычу, и при упоминании о моей заднице дыхание учащается.
Мне все еще больно из-за человека в маске прошлой ночью. Он был так груб и заставил меня истекать кровью. И мне это понравилось. Я просидела в ванной больше часа, просто глядя на телефон, который он разбил. Его прощальный трах. Что я такого сделала, что так его разозлила? Что я сказала, что больше не возбуждаю его? Он доказал, что это не так. Зачем лишать меня единственной линии связи?
— Какой из вариантов будет, Элли? — прерывает мои мысли Син.
