Потому что то, что я собираюсь с тобой сделать, не имеет ничего общего с любовью.
Син убирает руку с моего лица, и я плюю на него. Это единственное, что я могу сделать в этот момент. Слюна попадает ему на щеку и подбородок. Я жду, что он даст мне пощечину или снова схватит меня за лицо, но он этого не делает. Вместо этого Син поворачивается ко мне спиной.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ
СИН
Я вытираю рукой лицо, слыша ее крик, сопровождаемый звоном цепей. Элли никуда не уйдет. Это ее наказание. Прошлая ночь на кухне на коленях была пустяком.
Я просто буду постоянно напоминать ей, кто поставил клеймо на ее бедро. Я открываю ящик и беру то, что мне нужно. Возвращаюсь к ней и встаю сзади. Мне нравится, как выгнута ее спина из-за того, что я привязал ее к столбам. Я сделал это специально для Элли. У меня были годы, чтобы представить, как я буду ее трахать. Идеи бесконечны.
Опускаю взгляд на ее стройные ноги и смотрю, как они поднимаются к ее упругой попке. Она раздвинута, давая мне полный доступ к ее заднице и пизде.
Ее подбородок вытянут вперед, ошейник соединен со столбом, а руки опущены перед ней, прикованные к горизонтальной стойке, которая выпячивает ее бедра вперед.
Элли пытается повернуть голову, чтобы посмотреть на меня, но не может из-за закрепленного ошейника. Я хватаю ее за волосы и запрокидываю голову назад. Она вскрикивает от этого движения, и я засовываю ей в рот кляп с металлическим кольцом.
— Открой пошире, — приказываю я, убедившись, что он находится за ее нижними зубами.
— Шире, Элли. Я знаю, каким большим может быть этот рот."
"Она хнычет, дергается и пытается вырваться, но мне удается зажать верхушку и у нее между зубами.
— Хорошая девочка, — говорю я, обхватив ее голову кожаными ремнями и застегивая пряжку. Достаточно туго, чтобы ремни сжимали щеки, и она не могла высунуть язык.
Я обхожу ее спереди и вижу, что в ее красивых льдисто-голубых глазах уже стоят слезы. Я хватаю ладонями ее лицо и наклоняюсь к ней.
— Раз уж ты любишь плеваться… — я прижимаюсь губами к центру кляпа и плюю ей в рот.
Элли давится, высовывает язык, пытаясь выплюнуть слюну. Но это бесполезно. Она крепко зажмуривается, и я вижу, как по ее щекам текут слезы.
— Мне нравится, когда ты плачешь из-за меня, — говорю я, заставляя ее всхлипывать. — Посмотри на меня, Элли, — приказываю я, и она медленно открывает глаза. Ее ресницы мокрые, а глаза красные. — Когда я закончу с тобой, ты не сможешь ползти, не говоря уже о том, чтобы убежать от меня.
