— Мы занимаемся этим уже довольно давно, — хмыкает Джеймс. — Правда, малышка?
Он пробегает рукой по моей киске. Его пальцы медленно входят в меня, настолько, что я сопротивляюсь.
— Все дело в долгой игре, — продолжает Джеймс, проталкивая их немного глубже, заставляя меня хныкать.
Мои веки тяжелеют. Таблетка начинает действовать. Я упираюсь лицом в холодную поверхность его стола, покачивая задницей.
— Это не всегда было легко, но я обнаружил, что она лучше всего реагирует на побои, чем на что-либо другое. Ей нравится грубость.
Его пальцы широко раздвигают меня, и я издаю стон, закрыв глаза.
— Прежде чем прикасаться к телу, нужно тренировать их разум.
— Похоже, ты сделал всю тяжелую работу за меня, — говорит парень, и вслед за этим раздается смех.
Я не обращаю на них внимания и сосредотачиваюсь на пальцах, дразнящих мою киску. Они слишком хороши. Я раздвигаю ноги для него шире, и он убирает пальцы, заставляя меня застонать от разочарования.
— Что ты приняла, Элли? — слышу я его вопрос. Его голос звучит где-то далеко.
— Хмм? — бормочу я, тяжело ворочая языком. Я нахожусь в туннеле, вдали от всех остальных.
Чья-то рука опускается на мою задницу, и я покачиваю ею, желая большего. Мою кожу начинает покалывать, в комнате становится жарко. Почему он не снял с меня рубашку?
— Я спрашиваю, что ты приняла? — рявкает он, жжение на моей заднице повторяется, но я уже не чувствую его так сильно, как в прошлый раз.
— Чувак, она обдолбалась, — снова смеется парень.
Я не знаю, о чем они говорят.
Все, что я знаю, это то, что мне что-то нужно. Секунды спустя головка его члена оказывается у моего входа, и мои губы приоткрываются на прерывистом вдохе, когда он входит в меня.
Джеймс ненавидит, когда я принимаю наркотики, потому что не может добраться до меня, когда я нахожусь в блаженстве. Мой разум свободен от всего и от всех. Но под наркотиками я чувствую себя в десять раз лучше.
— Трахай ее в рот, Линкольн. Пока ее не стошнит от того, что она проглотила, — командует Джеймс и стонет от того, как моя киска обхватывает его член.
— С удовольствием.
Мои затуманенные глаза смотрят, как парень встает с дивана. Его руки тянутся к ремню."
"— После того, как ее стошнит, трахай ее еще, пока не останется ничего, кроме спермы, которую ты заставишь ее проглотить, — Джеймс вытаскивает свой член и ударяет им. Я чувствую, как по моим бедрам стекает влага.
— А если она попытается откусить мне член? — со смехом спрашивает он, стоя теперь прямо перед столом.
