Хватаю руку Элли, сворачиваю разорванный рукав и прижимаю его к ране на ладони, затем зубами отрываю конец ленты и обматываю ее четыре раза, заклеивая с нажимом, чтобы остановить кровотечение. Затем я снова бросаю все на заднее сиденье.
Осторожно взяв ее за лицо, я притягиваю его к себе. Ее глаза никогда не выглядели такими пустыми. Они самого красивого голубого цвета, который я когда-либо видел, но сейчас они выглядят тускло-безжизненными.
— Что случилось? — спрашиваю я, беспокоясь за ее рассудок. Я и раньше видел, как она срывается, но сейчас она выглядит так, будто вот-вот слетит с катушек.
Сглотнув, Элли шепчет:
— Она вышла за него замуж.
Это был не вопрос.
— Элли.
— Она делает это… снова, — выдыхает она. — Почему за него?
От ее слов у меня сжимается грудь. Я знал, что угрозу Линкольна следует воспринимать всерьез. Но до сих пор я не понимал, что он уже причинял ей боль.
— Что он сделал с тобой, Элли?
Элли нервно сглатывает, но не отвечает.
— Он изнасиловал тебя, — предполагаю я.
Они с Джеймсом были близки.
Я могу только предположить, что если Джеймс использовал ее, то он позволял это и другим.
Ее нижняя губа дрожит, и Элли шепчет:
— Я не сказала «нет».
Я стискиваю зубы и жалею, что не убил его, когда избавился от Джеймса.
— Сколько тебе было лет?
Я не могу исправить ситуацию, пока не узнаю, что произошло. И я обещаю, что решу все проблемы, которые у нее когда-либо были.
ЭЛЛИНГТОН
ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ
Я облизываю губы, когда Кира встает рядом со мной. Она смотрит на себя в зеркало в моей ванной, проводя руками по своим завитым волосам.
— Ты когда-нибудь отвечала Майклу тем же?
— Нет, — отвечаю я, открывая помаду и начиная наносить ее.
— Девочка, он горячий. Действуй.
— Не интересно.
Есть только один парень, которого я хочу, и это не Майкл.
— Кстати, о парнях, которые тебя не интересуют… Вчера я была на кухне с мамой, и тут вошел Син. Мама сказала ему, что он должен пригласить тебя на свидание.
Я роняю помаду в раковину, и красные разводы покрывают мрамор.
— Что? Почему она так сказала?
— Она тебя любит. Тоже мне новость. К тому же, я думаю, мама устала от того, что Син трахает ее подруг. Мерзость, — Кира вздрагивает от этой мысли, затем издает рвотный звук. — Ну, трахал. Сейчас он на посвящении.
Смеясь, она добавляет:
— Сейчас он не может ни с кем трахаться, и от этого он стал еще большим козлом."
"— Что он сказал? — я пожимаю плечами, как будто мне все равно. Но мне не все равно. Он тот, кого я хочу.
