Один из таких секретов — сидящий напротив меня и держащий в объятьях мою рыдающую мать.
Входные двойные двери распахиваются, и в семейную комнату входят трое мужчин в солидных черных костюмах-тройках.
— Достаточно, джентльмены. Мы займемся этим дальше.
Они — Лорды. Могущественные люди, стоящие на вершине пищевой цепочки.
— При всем уважении…
— Убирайтесь на хер из дома мистера Роланда, — приказывает один из них. Его голос гремит над криками моей матери.
Я хочу его поправить. Это не дом Джеймса. Он принадлежал моему отцу, который оставил его моей матери после своей смерти.
Но я не могу заставить свои губы шевелиться.
— К нам едут медики, — возражает офицер, вызвавший мне «скорую».
В дом входит еще один человек, и Лорды жестом подзывают его.
— Мы привезли своего, — он скрещивает руки на груди. — Последний раз говорю.
Понимая, что офицеры в меньшинстве, они выходят из дома, а Лорды следуют за Линкольном наверх, где лежит тело.
Доктор подходит ко мне, а моя мать падает на диван, и меня раздражают вырывающиеся у нее из груди рыдания.
Неужели она действительно не знала, каким человеком он был? Я думала, мама разыгрывает спектакль. Притворялась, что любит его, потому что должна была. Наверное, я ошибалась.
В последний раз я видела Линкольна два года назад. Но я крепко сжимаю рукой кусок стекла совсем не поэтому. Зазубренные края врезаются в кожу, и дыхание учащается от боли.
— Почему он здесь? — требую я.
— Элли, — ругает меня мама. — Не говори так.
Мне очень жаль, Линк.
— Все в порядке. Это будет адаптация для всех нас.
— Адаптация? — я повторяю это слово, и мой взгляд падает на бриллиант на ее левой руке. От рези в груди у меня перехватывает дыхание. — Мама…
— Лора, у нас проблема на кухне, — говорит ее шеф-повар, прерывая меня.
— Я сейчас вернусь, — мама похлопывает Линкольна по груди и выходит вслед за ним.
Он опирается руками на стол напротив меня, не теряя времени.
— Привет, Элли. Сколько лет, сколько зим.
— Могло быть и побольше.
Я сглатываю, язык вдруг становится тяжелым.
— Убирайся из этого дома, — добавляю я, не обращая внимания на дрожь моего тела. Джеймс, может, и трахал меня, но он не торопился залезть мне под кожу. Заставляя меня поверить, что он мне нужен. Линкольн не такой человек.
Он ухмыляется.
— Ты что, не видела кольцо, малышка?
Я вздрагиваю от этого прозвища.
— Папочка дома. И судя по тому, как ты себя ведешь, я вижу, что ты забыла уроки.
