– Зенни, ты имеешь в виду, согласен ли я заняться с тобой сексом? – Как только я произношу эти слова, то понимаю, что именно она имела в виду в своем сообщении, когда говорила о моем голосе. Он хриплый, с нотками некой опасности. – Собираюсь ли я трахнуть тебя, как ты просила?
Зенни проводит розовым влажным языком по нижней губе и тяжело вздыхает.
– Да, – шепчет она. – Именно об этом я и говорю.
И вот мы подходим к сути, к причине, по которой она здесь сегодня вечером, к причине, по которой я не мог заснуть после семейного ужина и по которой провел сегодняшний день, наказывая себя в спортзале, а позже в офисе.
Не знаю, что бы сделал порядочный человек на моем месте. Могу только догадываться, что сделал бы бесстрашный.
Я обхожу кухонный островок, берусь за спинку ее стула и разворачиваю лицом ко мне. Затем убираю локоны с одной стороны лица, чтобы обхватить ладонью ее щеку, и наклоняюсь ближе.
– Да, – выдыхаю ей в губы."
"– Да? – дрожащим голосом переспрашивает Зенни, как будто не верит мне. Затем немного отстраняется, чтобы внимательно посмотреть в мои глаза.
– Серьезно? Да?
– Да. В течение следующего месяца мое тело принадлежит тебе.
– О, Шон, – шепчет она, обвивая руками мою шею. Ее невероятно мягкие и соблазнительные губы касаются моей щеки, и мой член мгновенно упирается в ширинку брюк, напоминая мне, что я всего в полушаге от того, чтобы оказаться меж ее бедер. От того места, где швы джинсов сходятся прямо под ее драгоценной киской.
– Спасибо, – говорит она, целуя меня в щеку. – Спасибо, спасибо.
– А затем поворачивает голову, находит мой рот. И мой мир вспыхивает огнем, сгорая дотла, когда остаются только ее податливые губы, пытливый язык и его сладкий вкус.
Это так банально, но, целуя Зенни, я чувствую себя моложе; это напоминает мне о заводящих поцелуях в подростковом возрасте, когда каждое прикосновение, каждая ласка чертовски возбуждает. Когда становишься взрослым, поцелуи могут превратиться во что-то формальное, в пролог, необходимую прелюдию, чтобы возбудить женщину, заставить ее извиваться ради того, чего я действительно хочу, но подростком я жил ради поцелуев.
Жил, чтобы целоваться. Однажды даже кончил в штаны, когда целовался в кинотеатре с девушкой по имени Джиана Савиано.
Я уже и забыл, насколько потрясающими могут быть простые поцелуи.
Боже. Мне хочется подхватить ее на руки, отнести в свою спальню и целовать там всю оставшуюся жизнь. Когда она прижимается ко мне всем телом, я обнимаю ее, и наши ноги переплетаются.
