— Ты сегодня дома? Воспользуешься выходным, любезно предоставленным нашим боссом?
— Дома, — неуверенно отвечаю ему, на что Богдан отрицательно качает головой.
— Хотя нет, на работу выйду.
Аренский согласно кивает.
— Хорошо, тогда увидимся там. У меня к тебе есть предложение. Надо будет обсудить.
— Предложение? — удивлённо переспросила мужчину.
— Да. Я сегодня полночи думал, когда меня озарило, но всё потом.
— Хорошо, Кирилл.
— Тогда жду тебя, Евушка, — и он первый сбросил вызов.
— Боже, да скажи ты ему, чтобы не называл тебя так, — раздражённо возник Аренский, начиная садиться.
— Ты аж в лице меняешься.
Босс прав."
"— Кирилл не заслужил такого, — от огорчения слова сожаления вырываются из меня наружу.
— Если ты про вчерашний секс, то абсолютно согласен. Он не дорос ещё, щенок.
Богдан повернулся ко мне спиной, собираясь встать с постели.
— Не смешно!
— А кто, бля, сказал, что я сейчас смеюсь? — тут же возмутился он, выпрямляясь и потягиваясь.
Аренский не исправим в своём сарказме.
Мне же надо поскорее собраться, чтобы, во-первых, успеть заехать домой до работы, а во-вторых, переключиться на реальность, но, когда перед тобой стоит голая задница босса, это очень затруднительно.
Мужчина активно растирал левую руку от шеи до пальцев и делал круговые движения в плече, при этом не спеша хотя бы как-то прикрыться.
— Болит?
— Так бывает, особенно если некоторые неженки не могут спать без подушки и делают её из моей руки.
Неженка … это я, так понимаю, про меня.
— Не могу, но я же не виновата, что у такого миллионера нет в доме подушки.
Аренский, сволочь, бросая свою разминку, разворачивается ко мне лицом. Теперь, самое главное, смотреть только ему в глаза.
— Почему же нет? Есть.
У меня буквально висит на кончике языка следующий вопрос — так какого лешего он мне её не дал, а стойко переносил мучения? Но его не задаю.
Мне нельзя. Надо просто уйти, так что решительно отталкиваюсь от колонны. Наши разговоры о личном, если судить по вчерашнему опыту, заканчиваются очень однообразно и пошло.
Успеваю дойти лишь до дивана, как меня тормозит следующий вопрос.
— Сбегаешь?
Приходится остановиться и снова смотреть на заядлого нудиста.
— В чужой рубашке на голое тело?
— Тебе идёт. Дарю, — величественно вещает Аренский, но его губы кривит тайная улыбка.
— Боюсь, не стоит. Не нужно мне потом улик в моём же доме.
Босс равнодушно пожимает плечами, но я не выдерживаю.
