Которая взрывается громким вопросом, заданным из-за двери.
— Вы закончили?
Глава 6. Лучший выход — напролом
Никогда в жизни Марфа не испытывала такого ужаса, как в этот момент. Когда она, обнаженная, лежала под Ромой. А из-за двери раздавался голос мужа. В этот миг ей хотелось умереть. Просто исчезнуть.
Господи, какой ужас. Какой позор…
Она не могла шевельнуться. А вот Рома действовал оперативно. Он встал, первым делом укрыл Марфу половиной покрывала, а потом принялся быстро одеваться. А она продолжала лежать на кровати, словно парализованная.
— Из комнаты не выходить, — Рома стоял у кровати, уже полностью одетый. — Пока я не вернусь — с места не сходи, поняла меня, Мрыся? — Она через силу кивнула. — Впрочем, — Рома дернул щекой. — Одеться, наверное, стоит. Но из комнаты — ни ногой!
Она, повернув голову, смотрела, как Рома выходит из спальни. Сначала было тихо, слышались только его шаги по лестнице. Марфа вдруг запоздало сообразила, что голос Клауса звучал так громко, потому что он говорил громко, почти кричал.
И стоял явно не под дверью. А спрашивал откуда-то с середины лестницы. А, может быть даже, с первого этажа.
Будто от этого легче… Так, надо одеться.
С кровати Марфа вставала тяжело, словно разом прибавив себе минимум двадцать лет возраста, как разбитая болезнями старуха. Оглядела себя — и зажмурилась от стыда. Ее тело несло отпечаток недавней близости — грудь в красных пятнах от Ромкиной щетины, между бедер липко. Она вспомнила свой крик, Ромкин стон. И все это слышал Клаус.
Господи…
Она обессиленно опустилась на кровать, и в это время снизу раздались громкие мужские голоса. Марфа снова подскочила. Там Рома и Клаус. И голоса становятся все громче. А если… если они драться начнут?! А она тут голая! И Марфа спешно принялась одеваться.
Однако как бы быстро она не одевалась, к тому моменту, когда Марфа была одета, громкость голосов утихла. Других звуков тоже слышно не было. Мужчины внизу разговаривали — но явно уже не на повышенных тонах, а нормальными голосами.
О чем именно говорили — слышно не было.
Марфа вспомнила последние слова Ромы и нерешительно замерла у двери. Постояла, прислушиваясь к разговору внизу. Слов было по-прежнему не разобрать. И со вздохом Марфа вернулась к постели. Застелила обратно покрывало, устроилась в изголовье, обняв себя руками за колени. Ей совершенно не хотелось спускаться вниз. Марфе было страшно. И она не представляла, как ей теперь смотреть в глаза Клаусу. И что сказать.
