После ужина Клаус высказал намерение Марфу проводить, но она решительно воспротивилась.
— Ну подумай сам, зачем это провожание? Я же потом буду переживать, как ты доберешься? Давай, я лучше тебя до гостиницы провожу?
— Это неправильно, Марта, — вздыхает Клаус.
— Что русскому хорошо, то немцу плохо! — смеется Марфа. — Пошли к твоему отелю.
На прощание Клаус поцеловал Марфу. Кажется, намеревался в губы. Но она ему подставила щеку. И он прижался к этой щеке, крепко обнимая Марфу.
Нормальный вроде мужик. Но не трогает ничего внутри.
Вот вообще ничего.
— Мы еще увидимся, Марта?
— А ты когда уезжаешь?
— Я еще неделю буду в Москве, Марта.
— Значит созвонимся.
А уже дома, когда Марфа пила чай, закинув многострадальные ноги на валик дивана, телефон ожил. И, в очередной раз — вопросом дня.
Михаил: Скучала по мне?
Нет, это явно закон парных случаев. В ее случае — даже тройных!
Марфа: Конечно. Как там пельмени с лосятиной поживают?
Михаил: Извини, пельменей с лосятиной не привез. Только себя.
Марфа: Ты в Москве?
Михаил: Да, видел тебя сегодня с твоим любимчиком Куртом.
Марфа: Он Клаус. Почему не подошел?
Михаил: Вы так сладко ворковали. Не хотел мешать.
Марфа отложила телефон.
Миша — это тоже поклонник из телефона. И так же, как и в случае с Клаусом, их знакомство состоялось год назад на форуме рестораторов. И Михаила тоже Марфа за этот год не слишком баловала своим вниманием. Но если в случае с Клаусом дело было, наверное, в излишней настойчивости немца, то с Михаилом дело обстояло иначе.
Он ей как мужчина нравился больше. Но как-то очень быстро Марфа поняла, что его интерес к ней совсем иного свойства, не нежели чем у Клауса. То есть там восторженной влюбленностью и не пахнет. У Михаила был собственный ресторан в Новосибирске — на паях с кем-то еще. И он спал и видел, чтобы перебраться в Москву и открыть там свое дело. Знакомство с дочкой президента союза рестораторов и отельеров столицы этой цели очень способствовало. Марфа даже испытывала спортивный интерес — насколько далеко Миша зайдет в стремлении завязать с ней хорошие отношения.
Но к чести Михаила, он был не слишком настырен, так, вполне умеренно. Писал не очень часто, делился полезными ссылками, красивыми фото, смешными шутками. Миша в мессенджере не напрягал — в отличие от слегка — или не слегка занудного Клауса. А еще он был привлекательным и неглупым парнем. И… почему б и не да? Пусть папа поспособствует ее личной жизни. Эх, знал бы папа… хотя лучше пусть не знает.
