Ни Сиракузы, ни Мессана не присоединились к другим городам, обвинявшим Верреса, потому что Сиракузы и Мессана помогали Гаю Верресу, подстрекали его к грабежу и принимали участие в дележе награбленного. Но как хорошо, что новый наместник – средний брат его жены!
Два брата Метелла, оставшиеся в Риме, Квинт (который был уверен, что станет консулом в будущем году) и самый младший из троих сыновей Метелла Капрария, Марк, поспешили к Верресу обсудить, что можно сделать, чтобы не проиграть в суде. Конечно, они решили пригласить Квинта Гортензия в качестве защитника.
Но сперва следовало подумать, как вообще избежать суда.
В марте Гортензий подал жалобу городскому претору. Цицерон не может выступать в суде против Гая Верреса. Вместо Цицерона Гортензий предлагал Квинта Цецилия Нигера, родственника Метеллов, который был квестором Верреса на Сицилии в течение второго года его трехлетнего наместничества. Чтобы решить вопрос с обвинителем, следовало созвать специальное слушание, divinatio – «наитие» (называемое так потому, что судьи на этом слушании выбирают обвинителя из ряда претендентов, не рассматривая улики).
Каждый потенциальный обвинитель должен изложить судьям мотивы своего решения. После выступления Цецилия Нигера, который очень плохо обосновал свое желание, судьи решили в пользу Цицерона и постановили провести слушание как можно быстрее.
Веррес, два Метелла и Гортензий опять должны были что-то придумывать."
"– Марк, ты в будущем году будешь претором, – сказал известный адвокат младшему брату, – значит, нужно сделать так, чтобы по жребию ты стал председателем суда по делам о вымогательствах.
В нынешнем году председатель этого суда – Глабрион. Он ненавидит Гая Верреса. Глабрион никогда не позволит, чтобы малейший скандал разгорелся в его суде. Если дело будет слушаться в этом году и Глабрион останется председателем суда, мы не сможем подкупить жюри. И не забывай, что Луций Котта намерен не спускать глаз с каждого присяжного, занятого в важном судебном деле. Он выслеживает взяточников, как кот мышей.
Поскольку наше дело привлечет к себе всеобщее внимание, думаю, Луций Котта будет решать, стоит ли в данном случае составлять жюри целиком из сенаторов. А что касается Помпея и Красса, они вообще нас не любят!
– Ты хочешь сказать, – вставил слово Гай Веррес, – что мы должны добиться, чтобы наше дело было отложено до следующего года, когда Марк будет председателем суда по делам о вымогательствах?
– Вот именно! – подтвердил Гортензий.
