И конечно, своим декретом сенат прикажет каждому из вас распустить армию, как только чествования закончатся. Это в порядке вещей.
«Вот он сидит, – думал Помпей, – все такой же свежий, как в тот момент, когда появился в палатке. Его не мучает жажда, ему не жарко в тоге в такую теплынь, спина у него не болит от сидения в жестком кресле, и шея не заныла оттого, что он все время смотрит на меня, слегка наклонив голову набок. И слова у него тщательно подобраны, и мысли логично выстроены. Да, Цезарь определенно заслуживает внимания».
"
"– Первый шаг должен сделать ты. Когда узнаешь дату триумфа, ты в ужасе возденешь руки и объяснишь, что только сейчас вспомнил, что не можешь отмечать триумф, пока Метелл Пий не вернется домой из Дальней Испании, поскольку вы с ним согласились разделить триумф между собой. Что трофеи настолько незначительны, что о них не стоит и говорить, и так далее. Но как только ты извинишься за то, что не распустил свою армию, Марк Красс возденет руки в ужасе и скажет, что он не может распустить свою армию, если при этом в Италии останется только одна боеспособная армия – твоя.
Продолжайте этот фарс до конца года. Сенату не понадобится много времени, чтобы понять: ни один из вас не намерен демобилизовать солдат, но вы оба в некоторой степени легализуете ваши позиции. При условии, что никто из вас не сделает агрессивных шагов в направлении Рима, вы оба будете выглядеть вполне пристойно.
– Мне это нравится! – просиял Помпей.
– Я очень рад. Легче поучать неофита. На чем я остановился? – Цезарь сделал вид, что задумался.
– Ах да! Раз сенат поймет, что ни одну армию не распустят, он издаст соответствующий consulta, разрешающий вам обоим баллотироваться in absentia. Ибо, конечно, никто из вас не войдет в Рим, чтобы лично подать заявку чиновнику, составляющему списки кандидатов. Жребий покажет, будет ли этим чиновником Орест или Лентул Сура, но я не вижу между ними большой разницы.
– А как я обойду то обстоятельство, что я не в сенате? – спросил Помпей.
– Никак.
Это проблема сената. Она будет решена с помощью senatus consultum, который передадут в трибутные комиции, чтобы всаднику было разрешено добиваться консульской должности. Я думаю, народ с радостью утвердит его. Все всадники посчитают это огромной победой!
– А Марк Красс и я можем распустить наши армии, когда мы победим на выборах, – удовлетворенно молвил Помпей.
– О нет, – покачал головой Цезарь. – Вы будете держать свои армии под штандартами до Нового года.
