Пришло сообщение от Луция Квинкция, что он и Скрофа попали в ловушку – хотя обошлось без больших потерь – и что Спартак недалеко.
Красс выступил.
Грандиозное дело потерпело крах. У Спартака оставалась только часть армии, идущая с ним к истокам реки Танагр. С ним были Алусо и его сын.
Победа над Квинкцием и Скрофой оказалась бессмысленной, потому что римская кавалерия вмешалась и позволила отойти легионерам. Тогда Спартак не пожелал никуда уходить. Три небольших города обеспечили его людей едой на данный момент, но он не знал, что его ждет в других долинах.
Приближалась весна. Зерна оставалось мало, после суровой зимы овощи еще не поспели, куры были тощие, а свиньи (умные твари!) попрятались в лесах. Несносные жители Потенции, маленького городка, вышли, желая посмотреть на Спартака и рассказать ему, что Варрон Лукулл в любой день может высадиться в Брундизии и что сенат приказал ему немедленно присоединиться к Крассу.
– Твои дни сочтены, гладиатор! – весело объявил ему один из местных жителей.
– Рим победить нельзя!
– Я с удовольствием перерезал бы тебе горло, – устало отозвался гладиатор.
– Валяй! Я жду! Мне все равно!
– В таком случае я не позволю тебе умереть благородной смертью. Ступай домой!
Алусо слушала все это. После того как дерзкий человек удалился (очень разочарованный тем, что его кровь не пролилась на землю), она подошла к Спартаку и мягко взяла его за руку.
– Это кончится здесь, – сказала она.
– Знаю, женщина.
– Я вижу, что ты упадешь в бою, но не вижу смерти.
– Когда я упаду в бою, я буду мертв.
Он очень устал, и катастрофа в Скиллее все еще мучила его. Как мог он смотреть своим людям в глаза, зная, что только его легкомыслие позволило Крассу одержать над ними верх? Женщины и дети ушли, и они не вернутся. Они все погибли от голода где-то в безлюдном Бруттии.
Не имея понятия, было ли правдой то, что сказал ему человек из Потенции о Варроне Лукулле, Спартак тем не менее знал: в любом случае он будет отрезан от Брундизия. Красс контролирует Попиллиеву дорогу.
Известие о Касте и Ганнике Спартак получил еще до того, как устроил ловушку Квинкцию и Скрофе. Некуда идти. Остается дать последний бой. И он был рад, рад, рад… Ни происхождение, ни врожденные способности не подготовили его к такой огромной ответственности за жизнь и благосостояние целого народа. Спартак был обычный римлянин из италийской семьи, рожденный на склонах горы Везувий. Он должен был провести свою жизнь там, рядом с отцом и братом.
