– Он так назвался, или он действительно Децим Юний Силан? Как надо объявить, Эпафродит?
– Это Децим Юний Силан, госпожа.
– Ты проводил его в кабинет?
– Да, госпожа.
И Сервилия прошла в кабинет, все еще закутанная в черную паллу. Хмурясь, она старалась припомнить, кто такой Децим Юний Силан. Из известной семьи, как и ее покойный муж. Эта ветвь носила когномен Силан. Первый из Силанов получил свое прозвище вовсе не потому, что был безобразен, словно каменный Силен, из уст которого извергается вода в фонтан для питья и стирки.
Напротив, он был слишком красив. Как и Меммии, Юнии Силаны очень красивы.
Протягивая руку вдове, посетитель сказал, что пришел выразить свои соболезнования и предложить ей всяческую помощь.
– Представляю, как тебе сейчас трудно, – закончил он, немного запинаясь, и покраснел.
Конечно, глядя на его лицо, нельзя было ошибиться. Он действительно из Юниев Силанов – светлые волосы, голубые глаза. И поразительно красив. А Сервилии нравились блондины, и притом красивые. Она положила свою руку на его и держала ровно столько времени, чтобы это выглядело прилично.
Потом повернулась и бросила паллу на спинку кресла покойного мужа, оставшись в столе – тоже черного цвета. Этот цвет оттенял ее чистую и бледную кожу, подчеркивал глаза и волосы – черные, как вдовий траур. Сервилия обладала чувством стиля и одевалась со вкусом. Она умела выбирать то, что ей шло. Поэтому она казалась ослепленному мужчине образцом изящества.
– Мы знакомы, Децим Юний? – спросила Сервилия, жестом предлагая ему сесть на кушетку, а сама опускаясь на стул.
– Да, Сервилия, это было несколько лет назад. Мы встречались на обеде в доме Квинта Лутация Катула за несколько дней до того, как Сулла стал диктатором. Мы немного поговорили. Я помню, что ты тогда недавно родила сына.
Лицо ее прояснилось.
– О, конечно! Пожалуйста, прости меня за беспамятство! – Она с печальным видом дотронулась рукой до головы. – Просто так много случилось с тех пор.
– Ерунда, не думай об этом, – тепло ответил Силан и замолчал, глядя ей в лицо.
Она деликатно кашлянула:
– Могу я предложить тебе вина?
– Благодарю, не надо.
– Я вижу, ты не привел с собой жену, Децим Юний. Она хорошо себя чувствует?
– У меня нет жены.
– О-о!
За ее замкнутым и заманчиво таинственным лицом роились мысли. Она нравится ему! В этом нет сомнения, она ему нравится! И кажется, уже несколько лет. Он благородный человек. Зная, что она замужем, он не посмел продолжить знакомство с ней или ее мужем.
