– Лишив таким образом народные собрания права участвовать в судебных процессах, Сулла продолжал: – Я дам Риму семь постоянных судов, которые будут рассматривать дела об измене, вымогательстве, растрате, взяточничестве, подлоге, насилии и убийстве. Все эти дела, кроме дел об убийстве, тем или иным образом затрагивают государство или казну. Такие дела будут рассматриваться под председательством одного из шести младших преторов, назначенного по жребию. Дела об убийствах, поджогах, колдовстве, отравлении, лжесвидетельстве и преступлении, которое я назову «юридическое убийство», то есть незаконная ссылка лица по решению суда, будут слушаться в уголовном суде.
Я думаю, что уголовный суд будет самым загруженным, хотя и самым простым. Председателем такого суда следует выбирать человека, который уже занимал должность эдила, хотя и не был еще претором. Его будут назначать консулы.
Гортензий слушал в ужасе, ибо свои самые громкие победы он одерживал в народных собраниях, где красноречие и способность управлять большими массами сделали из него легенду.
Жюри присяжных было слишком однородно по составу и не подходило ему.
– Не будет тогда настоящей защиты! – выкрикнул он.
– Какое это имеет значение? – с удивленным видом осведомился Сулла. – Намного важнее юридический процесс, и я намерен отобрать судопроизводство у народных собраний, Квинт Гортензий, запомни это! А от трибутных комиций я добьюсь закона, санкционирующего созданные мною постоянные суды, и, согласно этому закону, все три народных собрания официально передадут свои юридические полномочия постоянным комиссиям.
– Отлично! – воскликнул историк Луций Корнелий Сизенна. – Человек, судимый таким судом, будет тем самым осужден с согласия народных собраний! Это значит, что он не сможет апеллировать к собранию после вынесения приговора.
– Вот именно, Сизенна! Этим аннулируется процесс апелляции. Народные собрания лишаются права суда.
– Это возмутительно! – крикнул Катул. – Не только возмутительно, но и противозаконно! Каждый римский гражданин имеет право на апелляцию!
– Апелляция и суд – одно и то же, Квинт Лутаций, – отозвался Сулла, – и это часть нового порядка.
– Старые законы были достаточно хороши для таких дел!
– В таких делах история ясно показала нам одно: старые законы привели к тому, что многие из тех, кого следовало осудить, были оправданы, потому что какой-нибудь краснобай хитростью убеждал народное собрание отменить законное решение суда.
