Никогда прежде не осмеливалась она возражать ему, тем более спорить. Помпей начинал терять терпение.
– Послушай, Антистия, у меня есть более важные дела, чем препираться тут с тобой. Ты – моя жена, а это значит, что ты останешься в моем доме.
– Где твой управляющий ухмыляется мне в лицо и оставляет в темноте. Где у меня нет собственных слуг и никого, кто бы составил мне компанию.
Она старалась казаться спокойной и разумной, однако внутренне начала паниковать.
– Полная ерунда!
– Это не ерунда, Магн. Не ерунда! Я не знаю, почему все смотрят на меня свысока, но это так.
– Ну конечно! – подтвердил он, удивленный ее беспросветной глупостью.
От удивления ее глаза расширились.
– Ты находишь естественным, что они смотрят на меня свысока?
Он пожал плечами:
– Моя мать была из рода Луцилиев, как и моя бабушка. А кто ты?
– Хороший вопрос. И кто же я?
Помпей видел, что она сердится, и это разозлило его. Женщины! Ему предстояла первая большая война, а это ничего не значащее существо намеревается разыграть здесь целую драму! Неужели все женщины такие безмозглые?
– Ты – моя первая жена.
– Первая жена?
– Временная мера.
– О, я понимаю, – с расстановкой сказала она. – Временная мера. Дочь судьи, ты имеешь в виду.
– Ну, ты же всегда это знала.
– Но ведь это было уже давно… Я думала, что это в прошлом, что ты любишь меня. Я – из сенаторской семьи, меня нельзя назвать неподходящей партией.
– Для обычного человека – да. Но для меня ты недостаточно хороша.
– О Магн, откуда у тебя такое самомнение? Так вот почему ты ни разу не излил в меня свое семя? Потому что я недостаточно хороша, чтобы стать матерью твоих детей?
– Да! – рявкнул он, направляясь к двери.
Она последовала за ним со своей жалкой маленькой лампой. Теперь Антистия была слишком разгневана для того, чтобы заботиться о том, что ее могут услышать.
– Но я была достаточно хороша для тебя, когда Цинна охотился за твоими деньгами!
– Мы уже покончили с этим, – торопливо отозвался он.
– Как же удобна для тебя смерть Цинны!
– Она удобна для Рима и для всех римлян!
– Ведь это ты приказал убить Цинну!
Слова эхом отскочили от каменной стены коридора, который был так широк, что по нему могла пройти целая армия.
Помпей остановился:
– Цинна погиб в пьяной драке с ленивыми рекрутами.
– В Анконе, в твоем городе, Магн! В твоем городе! И сразу же после того, как ты уехал туда, чтобы повидаться с ним! – выкрикнула она.
Она еще сохраняла самообладание – и вдруг оказалась прижатой к стене.
