— В восьмом…
— Нет, я имею в виду — другое…
— Что — именно? — насторожилась Журкина.
— Что класс этот у нас в школе называется «экспериментальным».
— А-а, ну-у… да…
— А знаете, почему он так называется?
— Ну-у, наверное, в нем собраны самые талантливые учащиеся…
— Нет, вы не угадали, товарищ Журкина, в нем собраны — во-первых, одни мальчики, а во-вторых, самые отпетые двоечники и хулиганы.
Она едва не поперхнулась своим шерри.
— Да что вы такое говорите!.. Наш Веня попал в класс к отпетым хулиганам и двоечникам⁈
— Это факт.
— Это безобразие! Вернется муж из командировки, я его немедленно направлю к вашему директору!
— А зачем?
— То есть, как это — зачем⁈ Необходимо исправить это безобразие!
— Может лучше задуматься о причинах?
— О причинах безобразного поведения вашего руководства?
— О причинах того, почему ребенок из благополучной семьи оказался в «экспериментальном» классе.
С этими словами я поднялся, поставил пустой стакан на столик, рядом с бутылкой. Журкина растерянно на меня посмотрела, но тоже поднялась и как была, со стаканом в руке, пошла провожать.
Я попрощался с нею и вышел на лестничную площадку. Уж лучше иметь дело с пьяницами, чем вот с такими дамочками, которые корчат из себя светских львиц, а на самом деле думают только о том, как затащить в койку первого встречного. Они сами себе кажутся неотразимыми совратительницами, но больше похожи на паучих.
Лучше бы думала о сыне, но, похоже, ей глубоко по барабану его судьба. Ее возмутила всего лишь непрестижность места, которое занимает отпрыск, а вовсе не то, что он оказался среди двоечников и хулиганов.
Ну вот что с ними делать?.. С родителями — ничего… Их уже не перевоспитаешь, спасать надо пацанов — от родительской глупости, равнодушия, невежества и других пороков. Спасать — не значит — отбирать или настраивать против папы и мамы, скорее — научить детей отличать добро от зла во всем, даже — в близких.
Ровно к шести вечера я подъехал к гостинице «Металлург».
Сумароков тут же залез в салон. Пожал мне руку.
— Добрый вечер, Александр Сергеевич!
— Здравствуйте! Куда едем?
— Круговая десять.
— Кажется, по этому адресу находится продуктовая база.
— Вы хорошо осведомлены, — отозвался Илья Ильич. — Может, и заведующего знаете?
— Знаю. Иван Северьяныч Заболотный.
— Отлично, — кивнул мой пассажир. — Ваше знакомство облегчит контакт.
«Волга» катила по темным улицам. О том, что мне предстоит сейчас, я не думал.
