Увидев меня, она округлила глаза и спросила испуганно:
— Что случилось?
— Маша! — сходу начал я допрос. — Ты у меня в чемодане случайно ничего не брала?
— С ума сошел! — вскинулась она. — Что я — воровка!
— А Эсмирка тебе ничего не передавала на хранение?
— Передавала, — кивнула она. — Небольшой сверток. Сказала, что хочет знакомому сюрприз сделать.
— Где сейчас этот сверток⁈ У тебя?..
Раздвинулась дверь лифта, из него вышла Телегина.
— Так у тебя сверток, который тебе передала Эсмеральда Робертовна? — специально для нее повторил я вопрос.
— У меня, — ответила Маша. — Я ей должна его завтра в Третьяковке отдать…
— Неси его сюда! — потребовал я.
— Нет! — возразила Ольга Михайловна. — Оставьте сверток у себя.
— Что все это значит, Саша⁈ — спросила Вершкова. — Кто эти люди⁈
— Я — сотрудница Комитета Государственной Безопасности! — отрекомендовалась Телегина, доставая красные «корочки», но разворачивать ксиву она не стала. — Вы должны нам помочь, Мария. Вы же комсомолка, верно?
— Да! — кивнула Вершкова и твердо добавила: — Я сделаю все, что требуется.
— Нужно будет доставить сверток, который вам передала Кривошеина к месту встречи в точно назначенное время.
— Хорошо!
— Позвольте! — встрял, молчавший до сих пор Цыпкин. — Я должен взглянуть на содержимое этого свертка. А вдруг — это вовсе не то, что надо?
— Верно! — согласилась гэбэшница. — Принесите, Маша!
Она кивнула и нырнула в квартиру. Через минуту появилась, держа в руке знакомый мне пакет. Доцент схватил его, нетерпеливо развернул, уронив при этом газету на пол.
Я машинально поднял ее. Это был все тот же до боли знакомый «Литейский рабочий». Русик дрожащими пальцами открыл записную книжку, и руки у него затряслись еще больше. Он обвел нас расширенными то ли от изумления, то ли от счастья глазами и прошептал:
— Товарищи, да вы хоть понимаете, что это такое⁈
— Это и есть то, что вы должны были получить, Руслан Федорович? — уточнила Телегина.
— Да я о таком и мечтать не мог! — воскликнул лингвист.
— Конечно, это еще сырые данные, но после обработки…
— Тогда верните эти предметы товарищу Вершковой, — велела гэбэшница. — Завтра вы получите свои материалы для обработки.
Я отнял у доцента книжку и кассету, тщательно завернул в газетный лист и передал вновь образовавшийся сверток Маше.
— Завтра к часу я заеду за тобой, — пообещал я ей.
— Это хорошая мысль, — одобрила Телегина, хотя ее никто не спрашивал. — До свидания, Мария! И держите язык за зубами.
