Потом было принято решение, что вы поедете в сопровождении Сергея Петрова на том авто, на котором обычно передвигаетесь по городу. И в тот же вечер, но немного позже, вы неожиданно перенесли время выезда на более ранний срок?
– Да, так все и было, Лев Иванович. И я понимаю, к чему вы клоните. Если за нами следили, преступнику было весьма сложно определиться, какую машину минировать и когда. В свете этих соображений все, что произошло дальше, выглядит странно и нелепо.
– А ваши переговоры с Петровым мог в тот вечер услышать кто-то посторонний?
– Ну конечно! Мы же не обменивались с ним какими-то сверхсекретными сведениями! Говорили при всех гостях, и на приеме, и во время аукциона.
Нас мог слышать любой, кто находился в тот момент рядом. И боюсь, что затрудняюсь вспомнить хоть одно имя, я просто внимания не обращала. Но вы же не можете предполагать, что преступник сначала вертелся рядом, слушая наши разговоры, а потом побежал взрывчатку в машину закладывать?
– Всякое бывает, – протянул Гуров, – и этот момент на сегодняшний день остается невыясненным.
Но давайте пока оставим эту тему. И поговорим непосредственно про сам момент взрыва, а также о моментах, ему предшествовавших.
– Хорошо. Я попрощалась с Надей, и мы с Сергеем пошли к лифту. А уже в самом лифте я вспомнила, что оставила сумочку в дамской комнате. Туда я заходила как раз перед тем, как собралась уезжать. Сергей хотел возвратиться со мной на прием, но я возразила – вернуться за сумкой минутное дело, и со мной ничего не может случиться за такой срок в охраняемом помещении, в котором ярко горит свет и к тому же полно людей.
И еще я сказала, что будет намного лучше, если Сергей, пока я схожу за сумкой, хорошенько прогреет машину. Был уже вечер, вероятно, на улице стало еще холоднее, и мне не хотелось снова продрогнуть. Так что в этом, пожалуй, есть доля моей вины, Лев Иванович. Ведь это я велела Сергею идти в машину и включить зажигание.
– Дорогая, по этому поводу тебе не стоит переживать! – стал энергично возражать Соловьев.
– Согласен. Вероятнее всего, это просто стечение обстоятельств. Для вас – счастливое, коль вам удалось избежать гибели. А для Петрова, наоборот, несчастное."
"– Ну подумай сама, что ты могла в той ситуации сделать? Наплевать на сумку и пойти в машину вместе с ним? Или вернуться с ним за сумкой, а потом пойти в машину? – горячо заговорил Виталий Егорович.
– Да, наверное.
– Но тогда ты бы тоже погибла! – вскричал он.
