Впрочем, гувернантка чуть не пробилась к нам в спальню даже после церемонии бракосочетания. Но если бы ей это и удалось, она бы не увидела ничего предосудительного. Принцесса мне отказала.
«Во-первых, мужчины мне противны, и мне нужно больше времени, чтобы свыкнуться с мыслью о необходимости делить с вами ложе, пусть и не мне вам перечить, — вспомнились её слова. — А во-вторых, девственная кровь ведьмы должна пролиться в месте, которое она назовёт домом. Первая брачная ночь состоится в вашем дворце. Знаю, мужчины, как животные, и не способны воздерживаться, но надеюсь на ваше императорское терпение».
От воспоминаний в груди вспыхнуло чёрное пламя. Не думал, что услышу столько оскорблений от супруги всего за несколько дней знакомства. Само собой, я сам не в восторге от договорного брака, но намеревался наладить отношения с выгодной мне девушкой. Она же не собиралась делать шаги навстречу. Может, даже хорошо, если она лишилась памяти. Если, конечно, это действительно правда.
— Виолет, добрый день, — поздоровался я, направляясь к девушке.
Выглядела она… непривычно, если не сказать хуже. Все особенности фигуры скрывались бесформенным платьем из плотной ткани, расшитом золотом и драгоценными камнями. Одеяние под горло, с длинными рукавами и пышной юбкой в пол не позволяло сделать никаких выводов о комплекции жены или хотя бы цвете её кожи. Лицо вместе с ресницами и губами было выбелено, руки скрывали перчатки. Даже цвет волос скрадывала пудра. Виолет будто облачилась в карнавальный костюм, в котором собиралась изображать колокол.
Природный запах перебивали каким-то составом с резким запахом, от которого уже хотелось чихать. На бледном лице лишь ярко горели глаза. Голубые, с карими искорками в глубине.
— Добрый день, Доминик, — голос девушки подрагивал, то ли от волнения, то ли от страха, хотя раньше она его не проявляла.
Проигнорировав запреты, я попытался осторожно коснуться её сознания, но наткнулся на глухую стену. Ментальная защита принцессы поражала. Хотя она же не обычный человек.
Ведьма."
"— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался я, вежливо протягивая ей руку.
— Голова болит и ничего не помню, — пожаловалась она, опустив взгляд к моей ладони.
— Касания неприемлемы, — внезапно подала голос гувернантка, пресекая попытку девушки потянуться ко мне в ответ.
Виолет сразу отступила и спрятала руки за спину.
— Мы супруги, — напомнил я, смерив женщину предупреждающим взглядом.
Встреча и так происходит при десятке свидетелей.
