— Не, ну так-то всё правильно. Это в наших интересах. Ты если не хочешь, не занимайся, — сказал Гарик и протянул руку Гаву. — Я в деле, и спасибо за то, что согласились с нами возиться.
— На здоровье, — хмыкнул Гаврилов. — Называйте меня Станислав Карлович. — Гав тут же зыркнул на меня и добавил. — Молчи. А не то убью.
Ребята тут же зашептались, пытаясь понять, почему капитан пригрозил мне. Первым сообразил Заводчанин и прыснул со смеху."
"— Так, идите нахрен. Можете искать другого тренера, — закатив глаза, сказал Гав, схватил меня за ворот рубахи и потащил за собой.
— Заводчанин, дурак! Рот закрой свой, — шикнул на него Крест, до которого явно тоже дошло, с чего ржал его друг. — Он больше не будет смеяться! Честное слово!
— Честное? — спросил капитан, обернулся, посмотрев в серьёзные лица ребят, и кивнул. — Если готовы пахать до потери пульса, то приходите. Но сюсюкаться с вами не буду. Утренняя и вечерняя тренировки обязательны. Дневную можете пропускать, если не хотите учиться драться и стрелять.
Сейчас было лето.
В школу ходить не нужно, по этому Гав и предложил им посещать все занятия без исключения. Но с наступлением осени всё может поменяться. Хотя зная моих друзей лоботрясов, они скорее прогуляют школу, чем упустят возможность научиться драться. Ну да не беда, читать и писать я их и сам научу.
— Спасибо! — воскликнули ребята, не понимая, на что подписались.
В пять утра ребята, как и было велено, стояли у нас во дворе, потирая заспанные глаза. А через двадцать минут тренировка для них превратилась в настоящий кошмар.
Котёнок специального назначения сорвал осиновый прутик и стал стегать им по спинам тех, кто думал, что может отдохнуть или сбежать с занятия после его начала. А таковыми были Пупок, то есть Беляш, и Заводчанин.
Прутик со свистом рассекал воздух, хлестко жаля спины ребят.
— Чего скуксились⁈ Если у вас есть силы, чтобы дышать и стоять на ногах, значит можете продолжать тренировку! — задорно выкрикивал Гаврилов, гоняя их по двору.
Леший, Рыбак и Гарик держались молодцом! Но через полчаса и они сдались.
Упали без сил в грязь и лишь шумно дышали, порой ойкая от ударов прутиком.
— Салаги! За такое вас бы вышвырнули из учебки в первый же день, — заявил капитан со знанием дела. Я посмотрел в глаза Гава, и мне показалось, что он прямо сейчас с наслаждением вспоминает время, проведённое в учебке. Могу его понять. В пансионате тоже были положительные моменты.
— Но мы ведь не в учебке, — простонал Гарик, приподнявшись на локтях.
