Мол, тогда он сообщит мне имя европейского правителя, который заинтересован в переговорах, а потом можно будет заняться их организацией. Само собой, с польскими дипломатами в качестве посредников.
Когда мы вышли из зала, к дверям сразу же отправился солидно выглядящий мужчина, на чьём пиджаке висело несколько наград. Подлетевший Сандал показал мне церемонию представления слугой — судя по ней, это был Коронный министр иностранных дел, который как раз хотел обсудить вопрос проведения мирной конференции.
Но стоило ему оказаться внутри, как оба боевых пса вскочили на лапы и едва ли не синхронно заняли позиции по обеим сторонам от трона, тихо порыкивая и с недоумением смотря на смертного.
Я ждал, что король начнёт задавать вопросы, но вместо этого монарх прислушался к тональности рычания двух бронированных громадин и нахмурившись, положил руку на холку того, что стоял слева. Судя по тому, как расфокусировался взгляд поляка, возможность прямого невербального контакта, его Дар тоже обеспечивал.
Несколько секунд и на лице Яна появилось выражение полного изумления, которое быстро сменилось безудержным гневом.
Уперев взгляд в перепуганного патриция, что замер посреди зала, монарх принялся выплёвывать яростные слова.
— Как ты посмел⁈ Ещё и притащился ко мне на приём! Забыл убрать из кармана, да? Забрал себе в качестве трофея, вшивый ублюдок⁈
Министр растерянно хлопнул глазами.
— Забрал что, Ваше Величество? Простите, я не понимаю. Это какое-то…
Договорить он не успел — оба пса сорвались со своего места, мчась по направлению к цели.
В этот раз к королю склонились оба советника, но тот по-моему даже не слушал, что именно они говорят. Такое бывает, когда ты внезапно понимаешь, что в кармане твоего министра лежат тонкие кружевные трусики твоей же фаворитки, которые, судя по запаху, сняли с неё буквально минут пять назад. Учитывая, какими монстрами были его охранники в виде собак, это они тоже наверняка учуяли.
Министр набросил на себя энергетическую кольчугу и кинулся к дверям. Но добраться не успел — один из псов напрыгнул на него лапами, сбивая с ног, а второй рванул барьер артефакторными когтями, обращая тот в пыль.
Ещё через мгновение член кабинета министров был разорван на куски. В противостоянии с подобными химерами у Одарённого в ранге Окольничего не было ни единого шанса.
Сандал смущённо рыкнув, убрался из зала, снова устремившись к жилым помещениям дворца. На лету попытался мысленно оправдаться.
— Он совсем дурр-р-рак. Я не виноват.
