— Всем он хорош, друг мой. Только мы ведь не на чужой земле и против нас не османы или австрийцы. А ты предлагаешь нам всех в расход пустить. Сам ведь видишь, сколько стягов около Кремля. Столько же и кровников потом будет. Или ты собираешься их рода под корень вырезать?
Оболенский бросил задумчивый взгляд в сторону города. По очереди подкрутил усы. В конце концов пожал плечами.
— Что мне их кровники? Или ты сам их испугался? Некоторые после такого мятежа вовсе титулов лишатся. Иные земли, заводов и денег.
Не станут мстить они, даже если захотят. Нечем будет.
Сибирский князь предпочёл промолчать. А вот стоящий рядом с ним Трубецкой гулко возразил.
— У них всё это сначала надо будет забрать. Коли сейчас начнём кровь княжескую лить, то они с ответом тоже не задержатся. Все потомки наши под ударом окажутся. Страна в крови захлебнётся, Ратибор.
Не говоря о том, что патриции уже представили себя полновластными правителями своих собственных земель. Первое, что они сделают, когда конфликт перейдёт в стадию активных боевых действий, устремятся захватывать города.
Красноярск, который до того заняли Мамлеевы и Мещерские, был освобождён. Но даже Шуйский не удержался от того, чтобы поставить на место временного губернатора, человека из своего рода. Гербов на зданиях пока не вывешивал и флаг над городом не поднимал. Но взял его под контроль. И само собой, объявит его родовой собственностью, если дело дойдёт до глобальной схватки.
Следом за Трубецким было хотел вклиниться Мстиславский, но его перебила Дарья, которая с явственным напряжением всматривалась в карту города.
— Действовать надо быстро. Но и до войны доводить вот так сразу не следует. Надо всё хорошо обдумать.
Подняв глаза на князей, продолжила.
— Маньчжуры начали шевелиться. Флот Цин перешёл в полную боевую готовность, внутри страны идёт активная переброска войск. Крупнейшие Дома тоже стягивают свои силы. Император объявил об учебных сборах всех восьми Знамён.
Шуйский с мрачным видом кивнул.
— Ежели к нам они полезут, то до самого Красноярска дойдут легко и спокойно. Вот дальше, зубы то обломают. Правда тогда мне в родовую крепость вернуться придётся."
"Глянув на старого патриция, я дёрнул уголками губ. Хотя, стоило признать, он был прав. Восемь тысяч гвардейцев, что сейчас были стянуты на новые земли около моей усадьбы, смогут занять оборону. Но планировать с их помощью отбросить регулярную армию, не стоит.
