Но проводить процесс обратной трансформации прямо здесь, точно стало бы оплошностью. Потому я приказал ему остаться подле дворца, вместе с восседающим на спине Гифером, которому настрого запретил выходить из под полога невидимости. Не хватало ещё, чтобы на титана наткнулся кто-то из обладающих необходимыми познаниями Одарённых, который мог бы сразу понять, что перед ним находится Древний. До того, как я поработаю над его маскировкой, бывшему узнику Тартара, лучше оставаться в тени.
Сам я, направился к воротам дворца.
К счастью, объяснять охране кто я такой и подтверждать полномочия, не пришлось — сразу двое гвардейских офицеров узнали меня. А их старший, был в курсе совместного приказа Дарьи и Алексея о возвращении нашего с Оболенским посольства.
Спустя считанные секунды я уже мчался по коридорам дворца, к залу, в котором вот-вот должна была начаться встреча. Все ждали только прибытия канцлера империи, который по словам стражи ворот, миновал их пост, буквально за минуту до меня.
Оказавшись около дверей, которые вели в помещение, где проходили переговоры, я жестом руки остановил гвардейца, что уже собирался их распахнуть.
Потянулся божественной силой к смертным, что собрались напротив. Присмотрелся. И шагнув вперёд, сам распахнул двери, заходя внутрь.
Глава XVI
Взгляды присутствующих скрестились на мне, а я неспешно направился к столу, оценивая реакцию каждого из них.
Большинство франков были чуть растеряны. Пятеро из восьми взирали на мою фигуру с явным непониманием. Ещё двое смотрели с долей раздражения.
Возможно были недовольны тем, что кто-то прервал переговоры в самом их начале. А вот сознание восьмого лучилось опасением и откровенной агрессией. Само собой, это был тот самый герцог Луи де Виллар.
Канцлером оказался рослый и упитанный мужчина, обладающий приличным излишним весом. Что странно для Одарённого в ранге Мастера. Даже если он сам не в состоянии отрегулировать процессы собственного тела, мог бы давно обратиться к целителям. Вот он единственный, кто излучал полное равнодушие.
Четверо иных бюрократов, который расселись по обе стороны стола, была отчётливо злы.
Сам царевич сидел с одного торца стола, глава французской делегации — незнакомый мне смертный, занял стул за вторым. А по обе руки от них, расселись свиты, оставив между собой промежуток в несколько свободных мест.
Что интересно — ни одного члена рода Рюриковичей на встрече не было. По какой-то причине, Алексей привлёк только имперских чиновников.
