— Вы же наверняка слышали о тех, кого называют Древними, верно? Артефакт завязан на силу одного из них. Вполне вероятно, создан им же.
Оболенский снова приложился к чаше, влив в себя добрую половину её содержимого. Несколько секунд молча сидел на кровати, со странным выражением лица уставившись в пол. Потом поднял глаза на меня.
— В день, когда погибли мой дед, отец, дядья и старшие братья, мы столкнулись с точно такой же силой. То был поход в Трансильванию, где мы должны были встретить османов. Но там неожиданно наткнулись на нечто совсем иное.
Мгновение помолчав, грустно усмехнулся.
— Всё началось с того, что мы встретили отряд конницы. Совсем небольшой, на сотню воинов. Никто не придал этому значения, решив, что перед нами или кто-то из мадьярских баронов, или передовая разведка османов, которую мы в таком случае уничтожим.
Усмешка на лице князя стала куда более злой.
— Всадники не были ни первыми, ни вторыми. Они перемололи отправленные против них силы, а потом неожиданно атаковали сами. Сначала в дело вступили мои братья, желавшие размяться.
Но им дали отпор. Семеро их пошло в бой и ни одного не вернулось. Тогда дед отдал приказ об атаке. В бой устремились все, кроме меня.
Снова замолк, отпивая вино. Я же, несколько секунд выждав, осторожно поинтересовался.
— Чем всё закончилось, князь?
Тот шумно выдохнул.
— А как вы думаете, Василий? Шестнадцать Оболенских в одном строю. Ярость, сила и мощь нашего рода. Отряд, что мог бы раскатать целую армию противника. Но их убили. Врагу пришлось выложиться на полную, чтобы сделать это, и они преуспели.
Все старшие родичи погибли в открытой схватке. А я выполнил своё предназначение. Сделал то, из-за чего лишь немногие среди моих потомков нынче могут обрести родовую силу. Дар то есть в каждом, но пробудить его почти невозможно.
Скривив лицо, горестно махнул рукой.
— Иногда мне кажется, что лучше и не пробовать.
Я пытался сопоставить в голове факты. Целый род Оболенских, который шёл в атаку против свиты Сета. Вряд-ли они столкнулись с самим египетским богом.
Тогда никакие ухищрения не помогли бы тому войску уцелеть и с Ратибором мы бы сейчас не разговаривали. Вот членов божественной свиты они каким-то образом одолеть могли. Тем более, если перед этим их измотали в бою шестнадцать Одарённых, по силе не уступавших теперешнему князю. К тому же, он упомянул «предназначение» — скорее всего речь о чём-то запредельно мощном. Либо техника, либо артефакт, либо одна из Граней родового Дара.
