В какие-то гостиницы мы заходили по одному, в другие же заглядывали вместе, уговаривая владельцев отелей поселить нас.
Мы не могли устроить маму в первый попавшийся отель, желая найти для нее достойный вариант. Нам хотелось сделать для нее эту поездку особенной. Это был первый раз – и, возможно, единственный – с того момента, как я повзрослел, когда желания отца и мои совпали."
"После того как мы прочесали все отели, стоявшие вдоль пляжа, бегая туда-сюда, мы наконец нашли свободный номер. Уже стемнело, и со стороны гостиница выглядела чуть обветшалой.
Казалось, она слегка пришла в упадок. Наши первые впечатления подтвердились, когда мы вошли внутрь и половицы заскрипели у нас под ногами.
«Это весьма милый отель», – отметила мама, просияв, когда мы привезли ее туда. Но я чувствовал себя ужасно, поселив ее в таком месте. Однако, как отметил папа, тут ничего не поделаешь: не могли же мы разместить маму в палатке, в ее-то состоянии. А потому, не имея иной альтернативы, мы остались там.
Пусть интерьер отеля был довольно скромным, но хозяин гостиницы демонстрировал доброжелательность и радушие. Еда не поражала воображения, но повар явно готовил с душой, и она была вкусной. Мама то и дело восклицала, как же здесь хорошо и какая здесь вкусная еда. Видя ее улыбку, я немного успокоился.
В ту ночь мы все спали в одной большой комнате с татами, разместив свои матрацы в ряд. Впервые за десять лет мы были вместе, рядом.
Глядя на старый деревянный потолок, я вспомнил о доме, в котором мы жили, когда я ходил в начальную школу.
Там было мало комнат, и вся семья спала на втором этаже в единственной спальне, положив матрацы впритык друг к другу.
Теперь, двадцать лет спустя, мы сделали то же самое. Это казалось странным. В последний раз мы снова проведем время вместе, как раньше. Эти мысли не давали мне уснуть. Интересно, чувствовали ли то же самое мама с папой. Было тихо. В маленькой темной комнате слышалось только сопение Капусты, смешивающееся, но все же различимое среди ритмичного шума океанских волн.
Наконец за окном забрезжил рассвет. Было, наверное, четыре или пять утра. Я поднялся с постели и примостился на подоконнике. Отодвинув занавеску, выглянул в окно. К моему удивлению, старый отель стоял почти у воды, и взору открывалась практически одна морская гладь. К тому времени, когда мы нашли отель, уже стемнело, и я не разглядел, насколько близко мы от моря.
Какое-то время я сидел и глядел на океан.
