— Слушай, прости, что так вышло, — я безбожно врал, на самом деле никаких угрызений совести я не испытывал, но не коснуться этой темы не мог — хотелось просто поскорее закончить со всеми формальностями, без которых в таких ситуациях не обходится. — Не стоило разделяться, Леха дело говорил. А я зря не послушал.
— А может, и стоило, — неожиданно возразил Семен. — Сам прикинь — ехали бы всем скопом в одной машине, всех бы и постреляли.
— Тебя ведь не постреляли.
— Ага, из любопытства. Ваньку шлепнули, как барана, без жалости и без сомнений.
Они даже не знали, кто мы и куда едем. Один выстрел, и все, я даже понять ничего не успел. А меня ведь тоже взяли позабавиться, хотели против того зомбяка один на один поставить, гады. Мол, кто кого. А сами бы сидели, смотрели и смеялись.
— Победителю свободу, да? — я усмехнулся, слишком уж эта сцена напомнила мне картонных злодеев из глупых фильмов, где отрицательные персонажи совершали нехорошие и одновременно нелогичные вещи лишь потому, что так должно быть по сценарию.
Забавно вышло. Оказывается, бывает так и в жизни.
— Типа того. На деле бы, скорее всего, тоже превратили в зомби и кинули на вас или на Виктора, как того блондина. Он же у них «свежачок», да? Дикий такой.
— Похоже на то. День второй, третий…
— То-то этот вонючий мужик что-то говорил парням о том, что у них там какой-то «фрэш зомби» ходит…
Пожав плечами, я набрал в пакетик сто граммов лесного ореха и начал веганскую трапезу, щедро запивая все это дело холодным чаем со сроком хранения больше, чем у армейской тушенки.
Нет, не видать мне здорового питания в жизни, силы воли не хватает.
Семен предпочел закусить курагой, его любимым сухофруктом и, возможно, лакомством вообще — дома у него частенько бывали пирожки с сушеными абрикосами, выклянченные у Машки, прилежной хозяйки. Семен зачавкал так, словно не видел ничего съестного по меньшей мере две недели. Кушал он всегда обстоятельно, со вкусом и смаком, причмокивая и давая тем самым понять, что яство ему по душе.
А уж как он пил чай… Впрочем, об этом в другой раз, потому как от едва начавшейся трапезы нас отвлек удивленный возглас, донесшийся от вращающихся дверей.
— Эй, идите сюда все! Парни!
Голос принадлежал Терри — я уже начал их всех различать, хотя не знал, имеет ли смысл знакомиться ближе с «новичками», учитывая, что путешествие наше вот-вот завершится. Они пока сближаться не стремились, не стремился и я.
