Машина вылетела на тротуар и, один раз тоненько пискнув шинами, остановилась в тени большого клена.
До общежития оставалось каких-то сто метров, само четырехэтажное здание было прекрасно видно отсюда. Стреляли явно внутри него, судя по звуку — на втором этаже или выше. Зомби Хельмут не заметил, улица пустовала.
В машине воцарилось настороженное молчание. Теперь стало решительно непонятно, что делать дальше — идти внутрь и спасать непонятно кого и непонятно от кого? Ну, Бастиан, удружил. Нет, друзьям помогать нужно, конечно, куда ж без этого.
Но вот поди, разберись, кто там есть кто. Так недолго и самому под пулю угодить.
— У нас оружия не было, — покачал кудрявой головой Бастиан, развеяв зарождающиеся сомнения.
— А лучше бы оно у вас было, — с сожалением вздохнул Хельмут.
Он уже собрался покинуть машину, как из общежития вдруг начали выходить люди. Сердце упало куда-то в желудок. Батюшки, да это ж соседи собственной персоной, прямиком из Хольцхайма! Старшего, накачанного здоровяка лет тридцати, зовут Хаим, а остальных трех, помоложе, Хельмут знал только на лицо,
Хаим и его брат вели под руки двух девушек, бледных и дрожащих от страха.
У одной шла носом кровь, а к намокшему от бессильных слез лицу налипли спутанные светлые волосы.
Чтобы пленницы не убежали наверняка, сзади их держали на мушке еще два «бойца», вооруженные один пистолетом, а второй — какой-то навороченной винтовкой с оптическим прицелом. Хельмут даже не хотел думать, откуда подонок ее взял. Вместо этого он отрывисто бросил Бастиану:
— Сползи вниз и не отсвечивай.
"
"Похоже, на сей раз Хельмут действительно выглядел сурово. Парень, переживающий очередной кошмар, стек по сидению так, чтобы его не было видно с улицы, даже и не думая возражать. Братья Мессуди между тем подвели девушек к своей машине — черный микроавтобус мерседес. Точно, как Хельмут сразу не узнал! Этот фургон вечерами стоял возле огромного дома Мессуди, а днем глава семейства, Маджид, на нем работал. Да, точно, у Маджида была на удивление интеллигентная внешность, а еще он носил изящные очки.
Сыновья и братья, увы, выглядели иначе.
Хельмут крепко схватил карабин, вздохнул и положил руку на дверь, когда, рыча мощным мотором, на улицу с противоположной стороны свернул здоровенный пикап, сверкающий темно-синим металлом под лучами закатного солнца.
Автомобиль будто сошел с киноэкрана или, по меньшей мере, с глянцевого журнала. Он посверкивал чистотой и излучал мощь и уверенность.
