Заперли дверь, зажгли в квартире свет, остались, наконец, вдвоем, в безопасности.
— Как тебя зовут? — это было первое, что спросил Терри сразу после того, как удалось отдышаться, а левый бок перестал колюче болеть.
— Керстин.
— Я Терри.
— Очень приятно, — улыбнулась Керстин, а в глазах ее почему-то блеснули слезы — блеснули и исчезли.
Терри, уверенный, что все это ему снится, подошел ближе. Поддаваясь могучему порыву, они снова слились в поцелуе, уставшие, взмокшие, испуганные и пока еще совершенно не отдающие себе отчета в том, что стряслось.
Стресс, обрушившийся, как гром среди ясного неба, нашел самый простой в сложившейся ситуации выход — выход, который требовался обоим.
Глава 2. В гостях
Ненавижу автобусы летом. От жары плавится асфальт, люди передвигаются исключительно короткими и стремительными бросками от тени до тени, а мне надо ехать в переполненном и грохочущем старым железом общественном транспорте, где, несмотря на опущенные до упора окна, дышать решительно нечем.
Но опоздать я тоже не могу, а на такси денег нет. Я ведь студент.
Сегодня меня ждет защита дипломной работы, последний шаг к получению высшего образования. Никто так и не может объяснить, чего ради нужно пять лет протирать штаны за партой, если работы по специальности все равно нет. Как минимум, в Ижевске.
Хорошо, не будем горячиться — экономисты, юристы и даже бухгалтеры все же имеют шансы пристроиться на какое-нибудь предприятие, пусть даже государственное, а потом начать плавное восхождение по карьерной лестнице.
А что делать переводчикам?
И даже не спрашивайте меня, какого художника я тогда поступал на английскую филологию, ибо мой ответ вызовет лишь презрительные ухмылки. Да, я стопроцентный гуманитарий, кроме некоторой предрасположенности к языкам талантами не блещу. Раньше все думал, что после учебы поеду в город покрупнее, устроюсь по специальности, но сейчас, когда пришло время определяться с работой и вообще с будущим, ехать вдруг расхотелось.
Вообще все расхотелось, единственным желанием оставалась машина времени — отмотать все назад, попробовать жизнь сначала. А еще лучше инфантильно застрять где-то в промежутке между семнадцатью и двадцатью годами, да наслаждаться самым лучшим моим временем в жизни безо всяких границ.
С трудом протискиваясь между липких и потных тел пассажиров, девушка-кондуктор добралась-таки до задней площадки.
