Планы в очередной раз были порушены, продуманное отступление превращалось в паническое бегство.
Приближение зомби теперь можно было заметить, даже когда зараженные не попадали в поле зрения. Все начиналось с тихого шипения, которое можно принять за помехи в радиоэфире или даже за игру ветра за стеклом. Чем ближе были зомби, тем отвратительнее становился звук — иногда это шипение расщеплялось на невыносимое сочетание высоких и низких звуков, а иногда просто обращалось в писк или, напротив, низкий глухой рокот, от которого все внутри начинало прыгать.
В таких случаях шедший первым Хамза сразу менял маршрут, сворачивая в проулки и даже в сквозные дворы. Он очень спешил, и Виктору стоило больших усилий не отставать от проводника. Пару раз Хамза выбирал неверные направления, и тогда телепатическая атака зомби обрушивалась на них всей мощью, заставляя стискивать зубы и впиваться пальцами в руль, выворачивая его обратно."
"Не желая терпеть свербящую виски боль, Виктор умудрился научиться кое-чему прямо за рулем машины.
Теперь он мог в некоторой степени препятствовать возникновению странных и чужеродных образов в его разуме, блокировать эти всплывающие окна с назойливой «рекламой» — во всяком случае, когда зомби шли небольшими группами или виднелись на порядочном удалении. В противном случае перед внутренним взором сразу же начинали бежать кадры, и стоило больших усилий выдворить их восвояси.
Боль никуда не делась, при каждом попадании в область мысленного излучения она принималась с молодецким задором высверливать виски, гулким эхом отдаваясь в темени и затылке.
Но теперь Виктор не терял контроля над своим телом и разумом, уверенно управляя автомобилем и начисто игнорируя попытки зараженных телепатов поведать ему о своих последних воспоминаниях и ощущениях. Причем Виктор был стопроцентно уверен, что зомби показывают свое кино непреднамеренно — оно само по себе вертится в их головах, и бедняги наверняка и знать не знают, что «нормальные» тоже это все видят. Судя по уверенным маневрам Хамзы, с его самообладанием проблем также не возникало.
Следя за лихим серым «киа», рвавшимся во весь опор, и борясь с невесть откуда взявшимся у зомби психотропным оружием, Виктор отстраненно размышлял. У него так часто случалось в казалось бы самые неподходящие моменты, само собой — нередко он задумывался, сидя среди визжащей молодежи на американских горках или любуясь кровавыми пейзажами фильмов ужасов в кинотеатре, когда зал застывает в ледяном оцепенении.
