В этом случае я был бы целиком солидарен с мародерами — надо же всем этим проворовавшимся мордам хоть когда-то за все ответить."
"Теплый солнечный денек плавно сменился прохладным майским вечером. Небо затянуло облаками, дело, кажется, шло к дождю. Мы как раз вышли на улицу, чтобы слить топливо из одиноко стоящего на обочине фрейтлайнера — последние десять километров горела лампочка, предупреждающая о том, что бензобак скоро опустеет. Мы уже думали, что придется доливать из канистр, как подвернулся такой хороший вариант.
Семен деловито размотал реквизированный с одной из заправочных станций шланг и взялся за дело, мы же просто разминали кости. Подул свежий ветерок, и по коже, успевшей привыкнуть к уютному теплу машины, побежали мурашки. Ванька зябко поежился, одновременно зевая. Устал, надо бы сменить его.
Водитель грузовика лежал в траве неподалеку, с простреленной головой. Я уже обещал себе, что не буду смотреть на трупы, но не удержался. Он был убит несколько дней назад, может быть, даже до начала эпидемии.
Мало ли у нас бандитов на дорогах водится? Телом уже успели поживиться звери и птицы. К горлу подкатил липкий ком тошноты, я отвернулся от трупа и возвратился к своим.
Друзья снова успели проголодаться, настало время ужина. Семен до последнего упрашивал нас поесть в машине, но нарвался на гневную отповедь Лехи. Нам требовалось хоть немного свежего воздуха — пройтись, подышать, кости размять. В машине хоть и удобно, но конечности и спина все одно затекают, немеют.
Ванька, вон, чуть ли не от рассвета до заката за баранкой просидел, как матерый дальнобойщик, ему отдых полагается по умолчанию.
Так что Семену пришлось уступить, и мы по нашей новой традиции устроили пикник прямо в поле в сотне метров от дороги, отъехав от грузовика на порядочное расстояние. Тем более что поднялся сильный ветер, принесший издалека пока еще тихие раскаты грома — дело шло к грозе, и трапезничать на улице вот-вот станет невозможно.
В этот раз ошибки прошлого были учтены — пикап увели с трассы и припарковали не на обочине, а ниже, за густым кустарником.
Теперь, если особо не приглядываться, то и не заметишь. Да и нас в высокой траве не слишком видно. Единственное, что могло выдать — дымок от костра. Но у нас теперь хоть оружие есть, от зомби отобьемся.
— Надо, парни, сосиски доесть, они и так уже, кажется, не очень, — домовитый Ванька сразу принялся кашеварить. — Так что хотите, не хотите, а по четыре штуки каждый съесть обязан. И это минимум, жалко добро переводить.
