Оружие взведено, только стреляй. Тут он вспомнил, что в суматохе забыл позвонить Наталье, и она не знает, что он уже здесь, если только не караулит у окна. Возвращаться в гольф было поздно, твари обязательно набегут, потом хрен их сбросишь, так что полный вперед!
Томаш постучал в дверь, подождал пару секунд для приличия и изо всех сил врезал по ней ногой. Дверь надсадно крякнула, но не поддалась. Какого хрена? Наталья же боится из комнаты выйти, неужто хватило смелости спуститься и запереться после того, как братец с папашей отчалили? Томаш взял небольшой разбег и попробовал ударить плечом.
Оно тут же отозвалось такой сильной болью, что на секунду потемнело в глазах, но зато ему удалось ввалиться внутрь и даже удержать равновесие.
— Наталья! Бегом! Выходи! — заорал Томаш, морщась от боли и осторожно выглядывая в дверной проем. Как же он не подумал, что бить надо здоровым плечом.
Они уже были близко, они бежали сюда, вот ведь сволочи!
— Иду! — раздалось со второго этажа.
— Стоп, оставайся на месте! — скомандовал Томаш и начал осторожно подниматься по лестнице, держа вход на прицеле.
Он едва успел нажать на спусковой крючок. Чертова винтовка дернулась в руках, и пуля вырвала щепки из дверного косяка, никак не навредив ворвавшемуся в гостиную зомби. Да это же сосед Натальи, обрюзгший старый пердун, чей пес обгадил все газоны в округе! Он был в семейных трусах и разорванной на груди майке. На шее и руках виднелись укусы, уже немного потемневшие. Вся морда — сплошной отек, над правым ухом еще и багровеет какой-то порез.
Ну, вояка."
"Услышав звук выстрела, зараженный замер. Остановились за его спиной и другие зомби, чей топот был слышен еще секунду назад. Что-то смутило тварей.
Внезапно старик в семейках развернулся на сто восемьдесят градусов и по-молодецки бодро ринулся обратно на улицу, но Томаш снова взял его на мушку и уложил точным выстрелом аккурат между лопатками. Они боятся выстрелов! Они боятся! Вот курвы, ну, хоть какая-то управа есть на них.
— Томек! — визжала Наталья. — Что там происходит?!
Не ответив, Томаш поднялся на второй этаж, пробежал по короткому темному коридору и оказался в комнате девушки.
Та сидела в углу, вся зареванная, обняв руками бледные коленки и прижавшись спиной к письменному столу. На ней была джинсовая юбка и розовая футболка с какой-то дурной золотистой надписью по-английски, любимая футболка Томаша.
— Одного приголубил, — буркнул он, захлопнув за спиной дверь. — Ты собралась?
— Да, — кивнула Наталья. — Собралась.
