Полутемный коридор, лестница на третий этаж, опять коридор, обитая дерматином дверь в кабинет, поразивший, в отличие от дегтяревского, не роскошью, а скорее простотой, ветхостью и обшарпанностью, традиционное предложение чаю, от которого мы не отказались, естественно.
Я быстро снял брикеты взрывчатки с контейнера, тщательно упаковав их в рюкзак, и толкнул оранжевый параллелепипед плотного пенопласта по столу к Гордееву.
– Получите, Кирилл Геннадьевич, – сказал я, затем вытащил из рюкзака упаковку оптических дисков и передал ему в руки.
– Тут вся документация по работе над «шестеркой», видео и так далее.
– Вы остаетесь с нами? – спросил он.
– Нет, что вы! – отмахнулся я. – Завтра назад, господа авторитеты обещали вывезти.
– Почему? – удивился он. – И кстати, где семья Дегтярева? Он, когда говорил со мной, просил их пристроить у нас, в безопасности."
"– Они и так в безопасности, это не единственный анклав военных, – ответил я.
– Они под Москвой, все при деле, им ничего не грозит. А что касается меня – с наукой я завязал, навсегда, категорически. Да и не так уж я ценен, почти лаборант, пробирки мыл. И люди меня ждут в лесу, мы же не вдвоем сюда прорывались.
– Ну не скажите, Дегтярев отзывался о вас хорошо, – сказал Гордеев. – Но вопросов у меня к вам все равно много, придется ответить на все, прежде чем нас покинете. Так не отпустим.
– Да вроде в материалах все есть, – пожал я плечами.
– Не думаю, что смогу что-то к этому добавить.
Может, и смог бы, да вот такое дело – не хочется больше вообще с этим связываться. Просто почти физическое отвращение к этой работе появилось. Понимаю, что это неправильно, но… Как говорится, спасибо, поигрался уже. Я для себя так и решил заранее, еще пока поездку в «Шешнашку» обдумывал. Решил, что сдам исходник вируса и материал – и все, больше с этим ничего общего иметь не буду. Никогда.
Ни за что.
– Может, и сможете, – сказал он, как-то странно посмотрев на меня. – Давайте, уделите нам пару часиков, а друг ваш – Василий, правильно? – Василий подождет, мы его в столовую сводим пока и на ночлег определим. А вас – сухпайком, бутербродами. Согласны?
– Ну а что остается? – пожал я плечами. – Согласен. Давайте вопросы.
– Минутку, тогда организационно порешаем все, что надо… – сказал Гордеев, взявшись за телефон.
