Если бы не светлеющее уже небо, на фоне которого мы заметили силуэт, ни за что бы не чухнулись.
– С пэбээсом не достать, – прошептал Васька.
– С ума сошел? – чуть разозлился я. – Нам только шухер поднять не хватало. Надо тихо. И без пэбээса бы не достали.
– А тихо, не тихо – дальше ни одного укрытия метров на двести, – буркнул он в ответ.
– Тоже верно, – вынужден был согласиться я.
– Думайте быстрее, в общем, – сказал Кэмел. – Светать скоро будет, тогда вообще скрытности ноль.
– А что тут думать, двигаться надо, дальше хуже будет, – задумчиво сказал Сергеич.
– Можно попробовать вон до того угла, все в тени, а дальше машины стоят, и за ними. А там уже видно будет.
– А вообще докуда?
– Там дальше районная поликлиника должна быть, у нее подъезд серьезный, за ним схоронимся.
– Ну… что еще остается, – вздохнул я."
"Выбора никакого не было. Интенсивная стрельба за нами стихла, но где-то вдалеке еще постреливали. То автоматы, то пулемет к ним присоединялся, но гранат слышно не было, так что или по мертвякам били, или дистанция боя большая.
Пару раз слышали звук двигателей, однажды по улице, как раз мимо нас, пронесся «бардак», а следом за ним БТР-70, обсаженные целой толпой уголовников. Нас, спрятавшихся в разбитом магазине, никто не заметил. Но сейчас уже становилось ясно, что кутерьма в мертвом городе заканчивается и, когда все вернутся на свои позиции, прорываться станет трудно: слишком много хорошо просматриваемых мест.
– А от поликлиники куда? – спросил я.
– Дальше парком до площади Мира, – ответил Сергеич. – Надеюсь, что не вырубили, там кустов хватало.
– Хорошо. Идем «гусеницей». Сергеич, ведешь как самый знающий.
– Это понятное дело. Прикрывайте.
Я вскинул автомат, наведя его на предполагаемую огневую точку противника. Точно не попаду, тем более дозвуковыми пулями, но хотя бы, возможно, сумею сбить прицел. Да и просто некуда больше целиться.
Сергеич, согнувшись пополам, побежал вдоль стены частым скользящим шагом, почти растворившись в темноте, и вскоре в наушнике послышалось:
– На месте.
Прикрываю.
– Я пошел.
Моя очередь. Огляделся и дернул вперед, стараясь держаться в густой тени. Главное сейчас даже не по сторонам смотреть, а под ноги, не налететь на что-нибудь гулкое или звонкое, что привлечет внимание тех, кто сидит на крыше. Мы у них здесь как на ладони будем, а этого нам не надо. Вперед, вперед, колени чуть не по груди молотят – настолько низко пригнулся.
