Передо мной стоял мужик лет за сорок, в сорочке с расстегнутым воротом, серых брюках и тапочках-шлепанцах.
– Здравствуйте, немцы в деревне есть? – спросил я.
Тот посмотрел в то, что у меня вместо лица – в очки на черной маске под шлемом, – ответил:
– До вас не было.
– А что вообще здесь происходит?
– Ничего вообще не происходит, – пожал плечами тот. – Часть людей уехала, часть осталась.
– А что в Дмитрове делается?
– Стрельба вчера была в Дмитрове, – чуть подумав, ответил он.
– Кто-то воевать взялся. Машины мимо нас проезжали. Мертвяков в Дмитрове хватает, но сюда они не доходят.
– Почему?
– Мост, который в городе, перекрыт, а на этой стороне от города только окраина, – показал он рукой куда-то в сторону. – А на ней вроде как и местная милиция, и кто-то еще засел.
– Спасибо, – кивнул я. – Проводите нашу колонну через деревню?
– В смысле? – не понял мужик.
– Прогуляйтесь со мной, пока колонна через поселок не проедет. Не стучаться же мне во все дома по очереди?
– Понял, – усмехнулся мужик.
– Заложник нужен?
– Проводник. Чтобы с дороги мы не сбились.
Мужик протянул руку за дверь и вытащил оттуда, аккуратно удерживая за ствол, помповик и патронташ на поясе. Неплохо.
– Не возражаете? – спросил он, кивнув на ружье в руке. – Мало ли кто встретится?
– Нет, разумеется, – ответил я и протянул руку к ружью. – Разрешите на минутку?
Он вздохнул, протянул дробовик мне. Я утопил пальцем крошечную клавишу снизу ствольной коробки и, быстро задвигав взад-вперед цевьем, выбросил из ружья пять патронов двенадцатого калибра.
Они поочередно со стуком падали на пол, мужик провожал каждый из них взглядом. Я вернул ему ружье, затем сказал:
– Отойдите назад, пожалуйста.
Он отступил на пару шагов, я присел, собрал выпавшие патроны и протянул ему:
– Возьмите, пожалуйста. Так проводите?
– А что мне остается? – сказал он, ссыпав увесистые цилиндрики в карман.
– Пойдемте, а то и вправду заблудитесь.
Я спросил в микрофон:
– Леха, что по мосту?
– Ничего. Пустота, – послышался ответ.
Мужик вышел из дома, обернулся ко мне, спросил:
– Засады опасаетесь? Можете не опасаться. Сейчас в городе что-то делят, не до нас им. А вот когда доделят, тогда уже ничего не могу гарантировать. Сам думаю отсюда убраться подальше.
– А вообще люди в поселке есть?
– Есть. Примерно половина осталась.
