Настоящая Ксения возвращалась, та самая, с гуманистическими идеалами. А мы о ней и забыть успели, надо же.
– Ксень, мы лучше тем, что они режут людей, а мы пытаемся людей спасать, – спокойно сказал я. – А таких, как Мага, мы истребляем, чтобы они людей не резали. Забыла банду из Солнечногорска, что они там творили? Ты же не возражала против приговора, верно? И эти не лучше.
– Так истребите, а зачем пытать?
– Чтобы получить информацию, которая спасет людей. Нас в том числе. А возможность истребить я предоставлю тебе.
Завтра. Своими руками его и истребишь. Пора привыкать.
Валера Воропаев, Зять
18 мая, среда, день
– Старшой, принимай линкор, – гордо сказал Петя-Буксир, демонстрируя свежеокрашенный теплоход."
"На борту, том самом месте, где раньше была скромная надпись «Путейский», красовалась новая, выполненная кистью, криво и с потеками: «Крейсир Поцанский».
Валера вздохнул тяжко, спросил:
– А кто это… корабль окрестил, а?
– Я! – радостно отозвался курносый румяный дезертир, родом откуда-то из-под Липецка, прибившийся к команде Матроскина.
– Чисто на счастье.
Валера вздохнул еще раз, протяжней и тяжелее, задавив в себе заряд ругательств, затем спросил, уже с любопытством:
– Слышь, Нельсон, а у тебя в школе по русскому языку сколько было?
– А чего? – с подозрением переспросил «Нельсон».
– Да так, я только поинтересоваться.
– Слышь, «Крейсир», сдрызни отсюда мухой, дебил, – высказался в адрес «Нельсона» подбежавший и тоже слегка офигевший от такого достижения Матроскин. – Ты че сделал, а? У, баран…
Буксир заржал, затем сказал Валере:
– А чего? Нормально, на страх врагам надпись.
– Знаешь, Петя… – обернулся к нему Валера. – Ты за судно в ответе, ты и следи. В следующий раз с тебя взыщу, вот ей-богу! Сам тут будешь сидеть и закрашивать.
Тот чуть смутился, затем сказал, оправдываясь:
– Да я и не видел, как он намалевать успел. Он же в карауле сам стоял, беречь имущество должен был.
– Беречь, мля… – пробормотал Зять. – Ладно, показывай, чего сделали.
Сделали все, что он требовал, причем вполне качественно.
Очистили и довели до ума кают-компанию с кубриками, оборудовали что-то вроде крохотного камбуза и самое главное – вооружили суденышко. И на носу и на корме на сваренных из стальных профилей треногах красовались два крупнокалиберных пулемета, каждый из которых спереди был прикрыт массивным щитком. Со всех сторон стрелка не закроет, но спасти может.
– Вообще для смертничка место, – хмыкнул Матроскин. – Я за пулемет говорю.
