Я впечатлительной дамочкой никогда не была, но тут на мгновение залипла на его холеной физиономии, замершей в миллиметре от моего лица.
Он был красивым. По-мужски, разумеется. И взрослым. Для меня так точно. Сколько ему лет? Тридцать пять? Семь? Никогда таким вопросом не задавалась. Но сейчас стало уж больно интересно. Он, наверное, мне в отцы годится. А я тут ему “тыкаю”. Стыдно, Фиса!
Правильный овал лица удивительно сочетался с немного квадратным подбородком. Высокий лоб, на котором едва виднелись первые морщинки.
Будто мистер совершенство часто хмурится. Темно-русые, слегка выбритые на висках и уложенные по-модному волосы на макушке. Нос с небольшой горбинкой, темная легкая щетина, покрывающая скулы, и ямочка на щеке от не сходящей с упрямых губ ухмылки. Губ, которые почему-то, мне кажется, умеют просто сногсшибательно целовать!
Твою бабушку, Фиса! Окстись!
Но самым опасным и завораживающим на его лице были глаза. Черные, пронзительные, смотрящие на тебя из-под бровей. Так недобро и так внимательно, что желание мимикрировать становится просто невыносимым!
Нагорный определенно знал, какое впечатление он производит на женский пол.
Удивительно, но в отличие от младшего братца, он этим точно не пользовался. Во всяком случае, не злоупотреблял. Про него вообще мало что можно было найти в прессе. Я проверяла после нашего знакомства. В скандалах не замечен, в темных делишках не участвовал, интриги не плел, баб каждую ночь не менял, а если и менял, то по-тихому. В общем, мистер совершенный робот.
– Ну, и как? – вывел из оцепенения вкрадчивый шепот.
– Что? – оторопело захлопала я ресницами.
– Нравлюсь?
Сверх наглости! Я даже подавилась застрявшим в горле возмущением.
– Не сказала бы, – прошипела я.
– А что так?
– Заносчивые гады, считающие себя выше обычной прислуги, не в моем вкусе. Увы.
– Ты грела уши, подслушивая. Считаешь, я был неправ? Если уж кто в нашей паре пострадавшая сторона, так это я.
– Ты принял меня за официантку!
– Ты была в джинсах.
– Которые ты унизил!
– Они у тебя настолько ранимые? – хохотнул негодяй.
– Не знал.
– Ты сказал, что у меня длинный нос.
– Это была фигура речи. Если тебя успокоит, то беру свои слова обратно. Он у тебя не длинный, просто любопытный. Идет?
– Не идет. И вы… ты не мог бы… кхм, – откашлялась я, побагровев, выставляя перед собой ладони. Настойчиво упирая их в широкую мужскую грудь. Воздух. Мне нужен свежий воздух! Не отравленный его дорогущим парфюмом и убойной дозой тестостерона.
