Они уже съезжали с последнего пролета западной части моста, когда на изгиб фонарного столба вдруг опустился белоголовый орлан, нахохлился и, склонив голову набок, стал смотреть на гладкую, как стекло, голубовато-стальную поверхность озера Вашингтон. На ближнем плане за ним был футбольный стадион университета штата Вашингтон, на дальнем – заснеженные вершины гор Олимпик – классическая картинка из тех, которые обычно получают первые призы на фотоконкурсах в журналах, тот тип красоты, существование которой Трейси время от времени заставляла себя признавать.
Зазвонил ее мобильник. Она переключила Вика на громкую связь, чтобы Кинс тоже слышал.
– Ну что там Гипсон? – спросил Фац.
– Говорит, дома был.
– Жена подтверждает?
– Жены нет. Съехала к сестре, в Такому. Гипсон говорит, что вышел на позднюю пробежку, вернулся, заперся в гараже и делал мушек. Никто из соседей его слова не подтверждает.
– А у тебя там что, Вик? – спросил Кинс. – Может, распутал уже все дело?
– Если бы. То-то жена обрадовалась бы.
– Давай выкладывай.
– Нельзя сказать, чтобы мистер Джун оказался прямо-таки кладезем информации, – начал Фац, имея в виду владельца последнего мотеля. – Но он все же заметил, что Вероника Уотсон прибыла в его мотель на заднем сиденье «Оранжевого такси».
– Одна? – задала вопрос Трейси.
– Этого он не знает, однако говорит, что в офис вместе с ней никто не входил, – по крайней мере, на этот раз. Еще говорит, что видел ее с высоким блондинистым волосатиком в костюме. Говорит, что, может, вам это пригодится, когда будете разговаривать с танцовщицами.
– Лысеющий Гипсон под такое описание явно не подходил, как, впрочем, и Дэррел Нэш, который ставил свои коротко стриженные темные волосы ежиком, щедро смазывая их гелем. – Ну как, уже кое-что, а?
Телефон Трейси зажужжал, сообщая о втором входящем.
– Кое-что. Съездите с Делом в «Оранжевое такси»?
– Уже едем, – сказал Фац.
Она приняла второй вызов.
– Это Эрл Кин. – Голос у него был низкий, как басовый барабан. – Получил ваше сообщение насчет Вероники Уотсон.
Слышал, она умерла.
Чернокожий мужчина с бритой головой и серьезным выражением лица, Эрл Кин был тем офицером, который надзирал за Вероникой. На счету Уотсон было множество приводов за приставание к мужчинам на улице и за хранение наркотиков и даже одна мелкая кража – обвинение, которое она даже не стала оспаривать.
– Правильно слышали, – сказала Трейси. – Мы собираем на нее информацию.
Низкий голос Кина наполнял салон автомобиля, словно густой сироп.
