– Шеф, всем известно, что у нас с детективом Кроссуайт давняя история непонимания.
– К которой это дело не имеет никакого отношения. Бет Стинсон не насиловали, – сказала Трейси, повышая голос.
– Тогда каким образом анализ ДНК мог доказать невиновность Герхардта? – спросил Кларидж.
– Герхардт был у Стинсон в тот день, прочищал слив в туалете, – сказала Трейси. – Отпечатки его пальцев и следы ботинок были по всему дому. Логично предположить, что такой неаккуратный человек, как он, мог оставить волосы, пот, какие-то иные выделения либо на теле жертвы, либо хотя бы на веревке, которой она была задушена.
– Шеф, ни тогда, ни сейчас еще не придумали, как снять отпечатки пальцев с веревки, – встрял Ноласко.
– Зато можно получить ДНК, – отшила его Трейси. – Если он убийца, то его ДНК должна была остаться на веревке или на жертве.
– Все это чистая спекуляция, шеф.
– И с другими свидетелями вы так и не побеседовали.
Ноласко только отмахнулся.
– Говорили мы со свидетелями.
– Никакой информации об этом в деле нет.
– Ничто не навело нас тогда на мысль, что мы взяли не того человека.
Трейси опять нашла что возразить:
– Если вы говорили со свидетелями, то почему тогда не узнали, что Бет Стинсон – стриптизерша?
Ноласко оставался внешне спокойным, но его кадык так и ходил ходуном, пока он молча обдумывал ответ.
– Стинсон работала бухгалтером.
– Днем. А вечерами танцевала в стрип-клубе и приводила домой мужчин.
Кларидж поднял руку.
– Неважно, скажите мне лучше… – и он заглянул в лежавшую перед ним бумагу, – как этот адвокат, Дэн О’Лири, получил доступ к материалам дела?
– Через меня.
Кларидж изменился в лице.
– То есть вы показали ему материалы и поделились своими сомнениями?
– Да. И сделала бы это снова, потому что верю – расследование того старого дела поможет нам схватить сукина сына, который убил всех этих женщин.
– Зачем переписывать правдивую историю? – продолжал гнуть свое Джонни.
– Дело нуждается в расследовании.
Кларидж снял очки и ущипнул себя за переносицу."
"– Детектив Роу? – Кинс поднял глаза от пятнышка на столе, которое он несколько последних минут обрисовывал пальцем. – Вы знали что-нибудь об этом расследовании?
Кинс покачал головой и едва слышно ответил:
– Нет.
– Вы свободны. Продолжайте работу в опергруппе.
Кинс отодвинул стул, но встал не сразу, как будто хотел еще что-то сказать. Наконец он поднялся, повернулся к Трейси спиной и вышел из комнаты.
