Он тихо подошел к ее стороне кровати и мягко тронул ее за плечо.
– Мам? – Тронул еще раз. – Мам?
Она не отвечала. Мужик не двигался.
Он набросил петлю ей на запястье, другой конец веревки обмотал вокруг столбика кровати простым узлом-восьмеркой. Так же поступил со вторым запястьем, который прикрепил к столбику с другого края кровати. Мать ровно и глубоко дышала.
Толстяк фыркнул во сне, дернулся и кашлянул, потом скатился с нее, но не проснулся.
С большой осторожностью он надел удавку ей на голову, а потом медленно передвинул узел так, чтобы он оказался у нее под подбородком.
Свободный конец веревки он пропустил сначала под нижней перекладиной кровати, потом, наоборот, над верхней, зачарованно следя за тем, как веревка извивается между досками, точно змея. Он сходил на кухню, принес оттуда стул и поставил его возле кровати. Встав на сиденье, он перекинул конец веревки себе через плечо и оглянулся на телевизор. Мультик кончался. У глупого кота снова ничего не вышло. У него никогда ничего не выходило.
Заиграла музыка. Он ждал, ему хотелось все сделать синхронно.
На экране возник Поросенок Порки.
Вместе с ним он сказал его слова:
– Вот и все, ребята!
И прыгнул.
– Папочка?
Он оторвался от телевизора. Дочка стояла в дверях, держась одной ручонкой за ручку, ее длинная розовая ночнушка стелилась вокруг нее по полу.
– Почему ты не в постельке?
– Мне приснился плохой сон.
Он протянул к ней руки, и она шагнула ему навстречу. Он поднял ее, прижал к груди и откинулся на спинку кресла.
Она привалилась к нему и сунула в рот большой пальчик, а другой рукой стала теребить прядку волос.
– Они такие смешные, папочка.
Он улыбнулся.
– Они мои друзья, – сказал он.
Глава 44
Джеймс Томи добровольно сдал биоматериал на анализ ДНК, но от теста на полиграфе отказался и покинул Центр юстиции вместе с Бустаманте."
"На следующее утро Трейси и Кинс ждали телефонного звонка от Серабоне, который должен был обсудить со своим боссом подачу в верховный суд округа Кинг иска о проведении ДНК-анализа биологического материала, включенного в дело Бет Стинсон.
Если Данливи согласится, а судья удовлетворит иск в суде, Трейси поедет на склад для хранения улик и заберет образцы ДНК для исследования – при условии, конечно, что они еще там. Обычно политика полицейского управления Сиэтла предполагала, что материалы хранятся восемьдесят лет, за исключением тех случаев, когда это перестает быть целесообразным; например, осужденный преступник умирает в тюрьме.
