Мы приходили туда после работы и танцевали часов до одиннадцати-двенадцати, смотря сколько было народу. Танцевать надо было топлесс. Бет была куда более раскрепощенной, чем я. Мужчинам это нравилось, они скоро стали вызывать ее для танцев на столе или на коленях. Клуб был совсем новый и потому очень популярный, Бет хорошо зарабатывала. Стала даже поговаривать о том, чтобы забросить свою бухгалтерию. Я зарабатывала скромнее. Мне не нравились приватные танцы, а именно на них танцовщицы и делают основные деньги.
– Какое сценическое имя было у Бет? – спросил Дэн.
– Сисястая Бетти. – Бингам замолчала и вздохнула так, как будто запыхалась. Слезы потекли по ее щекам. Дэн вытянул из диспенсера коричневую бумажную салфетку и протянул ей. – Я чувствую себя такой виноватой, – сказала она, промокая глаза и с трудом выдавливая слова. Грудь у нее ходила ходуном. Дэн дал ей время успокоиться. Несколько минут спустя она высморкалась и потянулась за новой салфеткой. – Бет стала приводить кое-кого из мужчин домой.
– Слова вырывались из нее стремительным потоком, так, словно она держала их в себе много лет и больше не могла удержать. В голове Дэна роилось множество вопросов, но он хотел, чтобы она высказала сначала все то, с чем пришла.
– Она сняла себе дом в Северном Сиэтле и стала водить их туда. Но не каждый день. И не кого попало. – Бингам вытирала слезы. Вид у нее был измученный, как будто она устала и физически, и эмоционально. – Я хочу сказать, что она знала мужчин из клуба.
Дэн мягко подтолкнул ее вперед.
– Что случилось, Селеста?
– Я пошла к менеджеру и уволилась. Сказала Бет, что и ей пора, но… ей так нравились деньги. Мы с ней поссорились и долго не общались."
"– А когда вы узнали, что она убита, то сразу решили, что это кто-то из тех мужчин, кого она приводила домой из клуба.
Бингам кивнула.
– Но никто так и не пришел поговорить со мной. Потом я прочитала в газетах, что у полиции уже есть подозреваемый и что он признал свою вину.
Тогда я решила, что никогда никому не стану об этом рассказывать. Зачем бросать тень на наши семьи? Я тогда снова съехалась с родителями, записалась в клуб анонимных алкоголиков и дважды в неделю ходила на встречи. С мужем я познакомилась через полгода после смерти Бет. Он ничего об этом не знает. Нельзя, чтобы он об этом узнал.
– Вы знали Уэйна Герхардта? Он был одним из тех, кого Бет приводила домой?
– Я его не знала. Никогда не видела в клубе.
