Они рассядутся по девяти машинам: три будут стоять на левом берегу, три — на правом и еще три — поблизости от дома Арпада Брауна. Поскольку цель налета неизвестна, Грег выстраивал диспозицию как сеть, которая будет сжиматься вокруг подозреваемых по мере поступления указаний от группы слежения.
— Будем находиться не слишком близко, чтобы не затруднять слежку, но так, чтобы начать действовать как можно быстрее.
Грега так и подмывало поделиться со всеми вчерашним открытием: налетчиков будет трое, в том числе женщина, Софи, и проникнут они в ювелирный через два входа.
Но он не мог: его бы немедленно уволили за использование служебной камеры наблюдения без санкции прокурора. Тем не менее он попытался дать намек, ссылаясь на свою интуицию:
— Нам известно, что целью, скорее всего, является ювелирный магазин, банки по субботам закрыты. Поэтому я думаю, что атаковать будут одновременно спереди и сзади.
Коллеги отнеслись к его словам недоверчиво.
— Погоди, — прервал его кто-то, — спереди и сзади чего? Мы ведь даже не знаем, что это за здание.
Грег не дал сбить себя с толку:
— Я кое-что выяснил. У всех отдельно стоящих ювелирных есть запасной выход. В основном из соображений пожарной безопасности, ведь витрины у них бронированные. А если есть два входа в магазин, то почему налетчикам не воспользоваться обоими?
— Потому что так труднее, — заметил шеф следственной группы. — Налетчики хотят действовать как можно быстрее: обычно они входят и выходят через главный вход. Сужу по своему десятилетнему опыту руководства расследованиями.
— Если налетчики войдут через главный вход, тем лучше, — сказал Грег, — проще будет их задержать. Я просто перечисляю все возможные варианты, чтобы быть готовыми к любым ситуациям.
Грегу хотелось рассказать побольше, но он опасался себя выдать. Однако пару секунд спустя Провидение пришло ему на помощь. Марион Брюлье докладывала, как движется расследование: инспекторы допросили всех осведомителей и все иные источники информации, но о готовящемся налете никто не знал.
— Зато мы с еще большей уверенностью можем утверждать, что в среду в музее естественной истории был именно Филипп Карраль. В нашем распоряжении было фото двадцатилетней давности, времен его последнего тюремного заключения. Теперь мы по своим каналам в парижской уголовной полиции получили фотографию от французских служб безопасности. Она сделана семь лет назад, не то чтобы свежая, но лучше той, что у нас была до сих пор.
